— Ты специально меня провоцируешь, а я на эти провокации вестись не буду. Я тебе не девочка, которую можно за хвостики дергать, а она будет от этого визжать и злиться.
— Так в этом и соль. Вы ругаетесь, злитесь, а мы вас все равно вытаскиваем на корабли, — сказал Сава.
— Но можно и без этих эмоций, которые должны бить через край. Наша связь же не прервалась, хотя мы с тобой и не общаемся, как кошка с собакой. Завтра возьмешь меня от русалок отбиваться?
— Подумаю, — ответил Сава. — И все же, ты мне не нравишься.
— Сам такую выбрал, — ответила я, пытаясь забраться на скалу, но поскользнулась и упала в озеро.
— Я об этом жалею, — крикнул мне Сава. Я же начала возвращаться.
И вот опять пол комнаты. День в самом разгаре. Тело затекло и слушается с трудом. Я села. Прижалась спиной к кровати. Все-то ему меня задеть надо. Противный же он мужик. Но плавать вроде научил. Надо будет попробовать. Я улыбнулась. Потянулась. Хотелось спать. Пока я болталась рядом с Савой, то это не было сном. А спать иногда было нужно.
Я забралась на кровать. И завалилась спать, даже не одевшись в ночную рубашку. Сон без сновидений был спасением, так как моя жизнь порой напоминала сон. Интересно, а когда Сава вернется, то как мы с ним уживемся в реальности?
— Я между прочим спала, — глаза удалось разлепить с трудом. На корабле ночь. Мы уже отчалили. Земля быстро превращалась в полоску.
— Ты сама хотела повоевать с русалками, — напомнил мне Сава.
— Угу. Но так спать хотелось. Ты когда вернешься, то дашь мне выспаться?
— И не подумаю, — хмыкнул Сава. — Смотри.
Они приближались в лучах заходящего солнца. Я видела огненные волосы, которые отражали лучи. У другой волосы были светлые, но слишком яркие. Хотелось зажмуриться, отвести глаза, но я заставила себя смотреть.
— Только две русалки? — тихо спросила я.
— Они отвлекают. Сейчас будут петь.
— Думаешь их больше?
— С другого борта будут штурмовать корабль. Или попытаются сделать в корабле дыру, чтоб утащить груз. Они те еще крысы.
— И как вы с ними боретесь?
— В трюмах есть орудия. Вот и отстреливаемся. Но стреляем в слепую.
— Почему?
— Окна делали, но они их выбивают. На деле единственный способ от них избавиться — это свалить. Вон как петь начали! К себе зазывают! — хмыкнул Сава.
Над палубой раздался голос капитана. Сава тут же побежал выполнять приказ. Ставить паруса по ветру. Над трубой шел дым. Кочегары старались выдать полный ход. Я полезла за Савой, который завязывал веревки на мачте. Сработали орудия. Корабль покачнуло и меня скинуло за борт. Вода. Дышать тяжело. Это же нереально! Меня здесь нет. Мне нечего бояться.
Винты стали затягивать под дно корабля. Я увидела, как десяток мужчин с хвостами пытались распороть обшивку корабля с помощью железяк, напоминающих пилы. Оружейные залпы проходили мимо них и не задевали. Все растворилось. Я оказалась опять на мачте.
— Там мужчины. Они почти сняли первый слой обшивки, — сказала я. — А почему с ними не бороться под водой?
— Дышать как там? — спросил Сава, берясь за канат и прыгая на палубу. Орудия стреляли. Русалки завывали.
— И что теперь?
Сава не ответил. Посмотрел на море. И что-то в его взгляде было такое, из чего мне стало не по себе. Это длилось миг, но мне показалось, что за этот миг я его потеряла.
— Сколько там русалок?
— Штук десять. Мужчины с железными инструментами, — ответила я.
Он побежал вниз корабля. Я не пошла за ним. Осталась на палубе. К тому же он вскоре вернулся с десятком мужчин. Они начали обвязываться веревками.
— Что вы решили? — тихо спросила я.
— Попробуем отогнать их от корабля, — ответил Сава.
— Будете нырять?
— Да, — беря в руки оружие, похожее на гарпун, сказал Сава.
— Их больше.
— У нас слишком мало якорей. Если снять тех, кто на мачтах, то будет совсем плохо. Ну, красавица, поможешь?
— Чем смогу, тем помогу, — ответила я, понимая, что это все может стать последним боем.
— А большего я от тебя и не жду, — ответил Сава. Улыбнулся. Хищная улыбка. Бравада. Но я знала, что ему страшно. Страшно, что это будет последнее плаванье.
Якорь. Это не только знания, но и эмоции. Чужие эмоции, которые чувствуешь и разделяешь. А еще понимание, что любой сильный человек может испытывать страх и неуверенность. И что кажущаяся непобедимость — это всего лишь маска. Я слишком хорошо поняла Саву. Почувствовала. На миг растерялась, но это был всего лишь миг, который закончился водой и боем, в котором уже не было время на размышления. Вот враг. И этот враг должен получить по заслугам, иначе проигрыш станет твоей смертью. Нет. Смертью Савы и других матросов, которые всего лишь перевозили грузы и ничего плохого не делали.
