Связанные честью полностью

Он повернул другую руку, где небольшой шрам пересекал ладонь.

– Это, – кивком указал в сторону шрама, который я трогала, – произошло в драке. Пришлось остановить нож рукой.

Хотелось спросить о том, как он в первый раз убил человека, но Лука сжал пальцы вокруг моего запястья и повел к кровати. У меня перехватило дыхание, когда он сел на матрас и притянул меня к себе. Он поцеловал меня, и я попыталась расслабиться. А когда он не предпринял ничего, чтобы продвинуться дальше, я почувствовала, как напряжение уходит, и ему на смену пришло наслаждение от его опытного рта, но затем он лег на спину и потянул меня за собой на кровать.

Поцелуи стали настойчивее, я почувствовала, как он прижался членом к моему бедру. Но не отстранилась. Я смогу. Я же знаю, что этого не избежать. Лука обхватил рукой мою грудь, и я против воли напряглась. Он не убрал руку, но и не двигался дальше. От поцелуев в голове образовалась какая-то каша. Неужели будет так уж плохо переспать с Лукой? Он слегка отклонился назад и проделал дорожку поцелуев к уху.

– Мне никогда не хотелось трахнуть женщину так сильно, как сейчас тебя.

Я замерла. От его слов почувствовала себя дешевкой. Он мой муж, и имеет все права на мое тело, так во всяком случае скажет любой из моей семьи если вы его спросите, но я заслуживаю большего. Не хочу, чтобы меня всего лишь трахали, как он привык делать это с другими женщинами. Я его жена, и мне хочется большего. Отвернувшись, я уперлась ладонями ему в грудь. Спустя мгновение он уступил.

– Я не хочу, – произнесла я, даже не пытаясь скрыть отвращение.

Я не смотрела на Луку, но кожей чувствовала его разочарование. О чем он думал? Что я вдруг почувствую себя достаточно комфортно, чтобы переспать с ним, потому что он один раз пригласил меня на ужин? Так это работало с другими девушками? Он молча уставился на меня, а потом, спустя вечность, отодвинулся.

Не говоря ни слова выключил свет и лег на свою сторону кровати. Мне хотелось, чтобы он хотя бы обнял меня. Это была первая ночь вдали от семьи, и было бы хорошо, если бы он просто утешил меня, но я не стала просить. Вместо этого натянула одеяло и закрыла глаза.

Когда я проснулась на следующее утро, Луки уже не было. Ни записки, ни сообщения на телефоне. Он разозлился. Я откинула одеяло. Ублюдок. Я никого не знаю в Нью-Йорке, ему прекрасно это известно, и ему все равно плевать. Схватив ноутбук, я открыла электронную почту. Джианна уже отправила мне три новых письма. Последнее было почти угрожающим. Я набрала ее номер, и от одного звука голоса сестры мне стало легче. Мне не нужен Лука или кто-то еще, пока у меня есть Джианна.

Наконец аромат кофе и чего-то сладкого заставил меня выйти из спальни и спуститься на первый этаж. На кухне звенели сковородки, и, завернув за угол, я обнаружила у плиты невысокую полную женщину, которая по виду годилась мне в бабушки; она пекла блинчики. Ее пепельно-серые волосы покрывала сеточка. Ромеро сидел на табурете за барной стойкой, присоединенной к кухонному острову, а перед ним стояла чашка с кофе. Он повернулся, когда я вошла, посмотрел на мою ночную сорочку и резко отвернулся. Серьезно?

Женщина обернулась и добродушно улыбнулась.

– Ты, должно быть, Ария. Я Марианна.

Я подошла, протянув руку, но она обняла меня, прижав к своей пышной груди.

– Ты красавица, бомбина. Неудивительно, что Лука сражен тобой.

Пришлось сдержать ехидный комментарий.

– Вкусно пахнет.

– Садись. Завтрак будет готов через пару минут. Тут хватит и для тебя, и для Ромеро.

Я уселась на табурет рядом с ним. Он все еще демонстративно смотрел в другую сторону.

– В чем проблема? Я не голая, – произнесла я, когда надоело это терпеть.

Марианна засмеялась.

– Мальчик переживает, потому что Луке станет известно, что он глазел на его девочку.

Я раздраженно покачала головой. Если Ромеро упорно ведет себя как трус, ему придется есть с закрытыми глазами. Не собираюсь надевать халат лишь потому, что в собственном доме необходим телохранитель.

Я уже задремала, когда Лука той ночью вернулся домой. Пока он проводил свой день снаружи, занимаясь бог знает чем, я была пленницей в этом дурацком пентхаусе. Моей единственной компанией были Марианна и Ромеро, но домработница ушла после приготовления ужина, а Ромеро не отличался разговорчивостью. Я увидела, как Лука вышел из душа. На меня он внимания почти не обратил. Думает, меня это не волнует? Когда он лег и погасил свет, я задала вопрос в темноту.

– Могу я завтра прогуляться по городу?

– Если берешь Ромеро с собой, – коротко ответил он.

Я проглотила обиду и разочарование. Когда он отвел меня в свой любимый ресторан, мне казалось, он пытается сделать этот брак настоящим, но это оказалось лишь уловкой, чтобы затащить меня в постель. И теперь он наказывал меня молчанием.

Но я нем не нуждаюсь и никогда не буду. Его ритмичное дыхание усыпило и меня.