Как давно он ходит в этот бордель? Много лет. И все это время уговаривает себя, что просто дает тем мужчинам то, чего они хотят. Что, если держаться в стороне, не позволять прикосновений, не целовать их, просто трахать, то он не станет одним из них. Он хмыкнул, удивляясь собственной тупости. Правда пугала, но он не мог больше ее отвергать. Он чертов содомит и ходил в бордель потому, что хотел мужчину. И доказательство стояло от него в нескольких шагах. Если бы кто-то еще попробовал заговорить об этом, стоя с ним лицом к лицу, он бы рьяно все отрицал, возможно, даже вызвал бы того на дуэль. Но Марсден, старый друг, понимал его лучше него самого.
Ко всем этим мужчинам он чувствовал похоть, только похоть. Но поцеловал лишь Марсдена. Волновался о нем. Испытывал инстинктивное желание защитить, держать рядом. И он не мог выбросить того из головы, как ни старался.
Так что же это значит? Он не хотел терять дружбу Марсдена, но сумеют ли они продолжать жить как раньше после всего?
Да и этого ли он хочет? Или большего?
Он не поднял голову, услышав приближающиеся шаги.
- Просто знай, что есть тот, кто принимает тебя и любит таким, какой ты есть, даже если сам ты этого не чувствуешь. - Марсден тяжело вздохнул. - Держи. Я знаю, сколько она для тебя значит. Прости, что взял ее и расстроил тебя сегодня. Мне просто… - Он снова вздохнул, разбитый и усталый, - нужно было, чтобы ты знал, что это был я.
Боль в его голосе отозвалась в груди Винсента, и все вопросы нашли ответы сами собой. Он хотел большего.
Встав, он сжал пальцы Марсдена вокруг нефритовой булавки.
- Оставь себе. Тебе она нужнее. Может, хоть так платки не будут сбиваться. - Он заглянул в темные глаза Марсдена. Все его недавнее спокойствие исчезло, оставив только уязвимость. - Ты сказал, что понимаешь, что это не повторится.
Прикусив нижнюю губу, Марсден кивнул, напрягшись всем телом, словно готовился к худшему.
- Но это ведь не так, - добавил Винсент. - Нам просто нужно быть осмотрительными.
Нахмурившись, Марсден склонил голову набок. Хорошо, пора бы ему на себе испытать ту же растерянность.
- То есть… твоя ежемесячная встреча… Ты хочешь, чтобы я ждал тебя в борделе?
- У меня нет причин возвращаться туда, - презрительно фыркнул Винсент. - Подумать только, сколько денег я потратил зря, хотя мог все это время иметь тебя.
На лице Марсдена появилось подозрительное выражение. Он вырвал пальцы из руки Винсента.
- И что? Хочешь использовать меня в качестве чего? Дешевой подстилки? Боже, поверить не могу, что говорю это. Но я не смогу быть с тобой, если не буду знать, что что-то для тебя значу. Я думал, что смогу, но нет. Я не прошу у тебя любви. Просто хочу быть кем-то больше, чем просто безымянная постельная грелка.
- Марсден, не будь глупцом. Ты и так больше. Намного больше… я… я… - Он поморщился, попытался начать снова, но сдался и сердито потер лицо. Сама мысль о том, чтобы влюбиться в мужчину, была для него дикостью. И все же он верил, что Марсден любит его. Он это чувствовал, и это ощущение казалось правильным. Но он не знал, способен ли ответить на эти чувства. Все было слишком ново для него. Может, со временем…
Но что если Марсдену нужно услышать эти слова сейчас? Сумеет ли он произнести их, зная, что не испытывает ничего такого? Сумеет ли столь нагло соврать своему другу, если это понадобится, чтобы сделать Марсдена своим?
- Проклятье, не надо, Прескотт, - сказал тот, в его голосе звучало веселое раздражение. Он отвел руки Винсента от лица. - Такого ответа достаточно. Пока.
Он притянул голову Винсента вниз и прижался к его губам своими. Бесстыдный и агрессивный, горячий знакомый язык ворвался в рот Винсента.
Марсден целует его, пронеслась в голове мысль. Но неловкость мгновенно смыло волной желания, когда на его поясницу легла ладонь, крепче прижимая к чужому телу. Винсент обхватил ягодицы Марсдена и ответил на поцелуй, жадно сминая его губы, выпуская наружу запретные желания, которые сдерживал так долго.
Марсден оторвался от его рта, пальцы запутались в волосах Винсента, не давая ему отстраниться.
- Ты не представляешь, как долго я хотел это сделать. - Хриплый шепот пощекотал влажную поверхность губ.
Чтобы напомнить Марсдену, кто у них главный, Винсент прихватил его за нижнюю губу и сжал зубы. Тому понадобилось меньше секунды: темные ресницы опустились, агрессивность оставила его движения, ладонь упала на плечо Винсента. Картина была настолько соблазнительной, полной такого доверия и готовности Марсдена отдаться без остатка, что Винсент зачарованно улыбнулся, а потом провел языком по нижней губе, успокаивая боль от укуса.
- Где у тебя кровать?
Марсден дернул головой влево, кивая на закрытую дверь.
- Отлично. Я хочу тебя на ней.
Тот заморгал.
Винсент выпрямился и сердито посмотрел на Марсдена.
- Сейчас же.
Тот практически побежал к двери и распахнул ее. Послышался глухой стук, за ним тихое проклятье.
- Чертовы сапоги.
