– Не знаю и знать не хочу! – прорычал Исидор, ощущая предательскую дрожь в коленях. Ему не очень хотелось узнавать, какое существо могло выворотить эти прутья, – Пошли отсюда лучше, плевать на бумаги.
– Напомни, как звали того танцора, пропавшего третьим? – пропустив мимо ушей его слова спросил Мару, сосредоточенно всматриваясь во что-то на полу.
– Да какая сейчас то разница?! – не выдержал Исидор. Он едва не подскакивал на месте, – Посмотри, эти тушки совсем свежие! Пошли отсюда, пока то, что это ело не вернулось.
– Как его звали? – снова спросил Мару.
– Не помню! Винтаро кажется.
– Моркини?
– Да, вроде так.
– В таком случае, танцор больше не потанцует, – Мару наклонился и поднял обрывок цветастой рубашки с прикреплённым на ней именным бейджем: «Моркини В.»
– Возьми это и валим, – срывающимся голосом сказал Исидор, – Скажем Марку, пусть старшие будут тут лазить. Меня сейчас вырвет, убери это от моего лица! – завопил он, когда Мару подошёл ближе.
– Чего ты кричишь, это всего лишь тряпка, – удивился друг, складывая её в карман, – Между прочим, даже почти чистая.
– Извини, не знаю…Пойдём уже, мне тут очень не по себе, – он оглянулся вокруг и заметил несколько накрытых тканью огромных предметов, похожих на эту клетку.
– Посмотрим, что там? – не дожидаясь ответа, Мару подошёл к ближайшему и дёрнул ткань. Она с шелестом упала, и он отпрянул, едва не сбив с ног Исидора.
Это была такая же огромная клетка. Все прутья у неё были целы, а на полу лежало нечто. Тварь с покрытым серой кожей человеческим телом шумно вдыхала и выдыхала затхлый подвальный воздух огромным, от уха до уха ртом с кривыми острыми зубами. Спит она или нет, было непонятно, потому что на лице кроме рта и пары щёлочек на месте носа ничего не было. Тонкие костлявые ноги она пожала под себя, а подобие рук раскидала в стороны. Это были не совсем руки. От плеча до локтя всё оставалось точь-в-точь, как у человека, но дальше шло некое подобие ходули. Кистей у существа не было, как и пальцев. Когда на морду твари попало немного света, она шевельнулась. Исидор и Мару замерли, не смея пошевелиться.
Сквозь шум донёсся далёкий крик. Мару вскинулся, с лица его отхлынули все краски.
– Хару, – прошептал он и сорвался с места, ища, как подняться наверх.
Тварь в клетке поднялась. Исидор с ужасом смотрел, как она поднимается на свои конечности-ходули, становясь выше и выше. Выпрямившись, существо оказалось под три метра ростом. Опустив голову вниз, оно посмотрело на него в упор тёмными выемками на месте несуществующих глаз и рот твари растянула улыбка тысячи кривых острых зубов.
– Исидор! – толкнул его в плечо Мару, – Нужно выбираться скорее. Там Хару!
– Но э..это…
– Это в клетке, – махнул на стоявшую покачиваясь в клетке тварь, сверлящую их взглядом, – А там где-то нет! И там Хару! Ну! Придумай что-нибудь, – в голосе Мару зазвучала мольба и Исидор заставил себя отвернуться от твари в клетке и начать искать выход.
Взгляд его тут же наткнулся на маленькую девчачью фигурку, замершую у стены. Маленькая девочка, словно сотканная из холодного света печальными глазами наблюдала за ними. Не замечающий её Мару продолжал судорожно искать что-то, что помогло бы им подняться, бормоча себе под нос. Перебиваемый шумом дождя до них донёсся ещё один крик Хару, на этот раз в нём слышался не столько страх, сколько боль.
– Он его съест. Он голоден, – прошелестел тихий детский голосок. Тварь в клетке протяжно зарычала, повернувшись к ней и отходя в дальний угол.
Мару тоже повернулся в её сторону и сдавленно проскулил.
– Привидение.
– Он голоден, – повторила девочка, выжидательно склоняя курчавую головку.
– Кто голоден? – сипло спросил Исидор. Мару продолжал по-щенячьи скулить, глядя на неё круглыми глазами.
Девочка подняла руку и указала на изломанные прутья клетки.
– Та тварь, что была там? – снова спросил у неё Исидор. Она кивнула.
– Его зовут Винтаро. И он голоден, – она поднесла руку к вделанному в стену подсвечнику у себя над головой, – Потяните, и появится лестница. Винтаро голоден, а волк добрый. Он его съест, жалко, он мне конфеты предложил… – её голос исчез вместе с фигурой, растаявшей в воздухе.
Мару подскочил к подсвечнику и потянул, как сказала девочка-приведение. Из стены со скрежетом выступили ступени, ведущие к потолку. Они поднялись по ним и обнаружили горизонтальную квадратную дверь, приподняв которую, оказались в спальне. Но теперь они тут были не одни.
По комнате отчаянно метался Хару, перепрыгивающий через койки и разбрасывая кости во все стороны. За ним попятам гналась тварь, такая же как та, что осталась внизу в клетке. Она взмахнула рукой-ходулей как кинжалом, промахнувшись по голове парня на пару сантиметров и злобно щёлкнула зубами, а Хару уже сиганул под ближайшую койку. Лицо его было всё исцарапано, на правой щеке алой полосой темнел глубокий порез.
