Отвесив еще пару шуточек по этому поводу, мы распрощались. Папку с медицинскими документами Теодор забрал с собой. А я решила, что постараюсь как можно меньше нервничать и обязательно узнаю рецепт чая с облепихой. Думаю это то, что надо для успокоения морозным ветряным вечером.
Почти на неделю город затих. Предстоящие праздники погрузили всех жителей в привычные домашние хлопоты, а паника поумерилась. Полицейские машины больше не носились по улице, выжидая, а Аро и вовсе ушли в тень.
В очередное морозное утро я сидела с кружкой кофе у окна и пыталась заставить себя выйти на работу. Сверкавший в сумерках снег и узоры на стекле желания не добавляли.
Последнее время, ужасы, произошедшие в Денорде, вспоминались только прессой, тщательно нагнетавшей атмосферу. В «Горячем вестнике» тоже все было не радужно. Редактор ходил злой, особенно после того как я рассказала ему свои предположения о Джонатане. Он громогласно проклял почившего сотрудника, а я трусливо сбежала из его кабинета, не желая попадать под раздачу.
Кроме того, что нас завалили работой, вечером, когда Эрон поостыл, пришлось оправдываться. Начальник подозрительно косился, и, наконец, решившись, уточнил, не я ли поспособствовала смерти Джо.
— Эрон, я, конечно, вспыльчивый человек, но тут точно не причем.
— Да ты не думай, я своих выдавать не стану. Просто скажи правду.
— Поверьте, я не настолько предана нашей газетенке, чтобы быть готовой предстать перед судом.
Я снова прокрутила в голове недавний диалог и усмехнулась. Да меня уже несколько человек записали в опасные преступники. И, казалось бы, что может натолкнуть на подобную мысль. Кроме способностей влипать в неприятности больше ничем не отличалась. Хотя теперь становилось понятно, что это не совсем так.
Уже несколько дней, как я пыталась вызвать тот поток силы, который ощутила в морге. Был ли он реальным или это больное воображение? Мне стало удаваться зажигать свет. Но это такой мизер, что даже нечем хвастаться.
Анализируя все странности своей магии, все же решила признаться, что упрямо считаю себя провидцем. А учитывая особенности, определенно, светлым. Значит, я могла видеть прошлое и картины, беспокоившие днями и ночами, были видениями о чьей-то жизни. Возможно настолько реальными, что я считала эту жизнь своей.
А вот объяснить сотворенные мною щиты, все еще не могла. Как и повторить их снова. Казалось, магия объявилась лишь в минуту опасности, но я так и не смогла ее нащупать.
Все же заставив себя выползти на морозный воздух, перебежками добежала до машины, которая, ответив на мои мольбы, завелась сразу же.
Скучный рабочий день, проведенный в приемной, разбавил посетитель. Эрон зашел ко мне вместе с Моро.
— Анжелина, тебе нужно проехать в департамент. С тобой хотят поговорить.
— Кристиан, что-то случилось?
Мужчина слегка улыбнулся, успокаивая. Печально вздохнув, пошла вслед за ним под хмурым взглядом редактора.
Когда мы вышли из издательства, Моро притянул меня к себе, сократив расстояние, которое в коридоре с трудом удалось выдерживать. Я сжала его руку, переплетая наши пальцы, и подняла голову. Мужчина выглядел абсолютно спокойным, отчего и я не стала переживать.
— И зачем меня вызывают?
— Ну, ты ведь свидетель, — пожал плечами Крис.
— Не убийца?
Он усмехнулся, словно сказала ужасную глупость.
— Никто так и не считал. Ты себя то видела?
От такой характеристики стало обидно, хотя это и глупо.
— Мне казалось, следователь подозревает.
— Не больше чем всех остальных. Но вообще, я хотел сам с тобой поговорить. Покажешь документы твоей мамы? Мне удалось обнаружить кое-что.
— От информатора?
— Нет, он так и не объявился, думаю, с концами исчез.
— Я не могу дать тебе папку. Она у Теодора, — сказала, когда мы уже были возле входа в издательство.
Крис резко замер едва, приоткрыв дверь.
— И как так вышло? — в его голосе отчетливо послышался лед.
— Сама отдала. Он обещал помочь.
— Ты понимаешь, что Каплайн ничего не делает просто так? А ты снова пошла с ним на встречу, даже не предупредив. Поверь, Анжи, он совсем не тот свойский паренек, которым пытается казаться. Пошли.
Когда оказались у него в кабинете, Моро усадил меня в свое кресло, сам устроился рядом на стуле.
