Катя вздрогнула от его вопроса.
— Ни о чём, — соврала она. — Чай?
— Да, не отказался бы, — прищурив глаза, ответил Алекс. — И всё же о чём ты думаешь?
Девушка повернулась к нему спиной и потянулась за кружкой.
— Катюш, — позвал её Алекс.
— Что?
— Посмотри на нас.
Она обернулась. Наклонив голову на бок, Катя улыбнулась тому, как Алекс качает на колене сына, а тот улюлюкает от удовольствия.
— Что тебя беспокоит? — не отставал мужчина.
Тяжело вздохнув, она налила ему чай и поставила кружку перед ним.
— Да ничего меня не беспокоит.
— Думаешь, я не вижу. Ты волнуешься за Михаэля, да?
Она внимательно посмотрела ему в глаза. Катя чувствовала, что Алекс переживает за неё и от этого на сердце девушки становилось тепло.
— Спасибо, что волнуешься за меня, но я в порядке.
— По тебе не скажешь. Стоило ему пересечь порог, как ты сама не своя.
— Просто я… Алекс, я боюсь за него. Что если…
— Не думай об этом, милая. Всё будет хорошо.
— Ты обещаешь? — спросила она, внимательно наблюдая за ним.
Алекс не отвечал, лишь смотрел на неё, отчего Кате захотелось накричать на него, но она сдерживалась. Конечно, он не мог этого обещать. Никто не мог.
— Увы, я не могу этого пообещать.
— Тогда не говори, что всё будет хорошо.
— Прости, — извинился он и тут же его внимание переключилось на сына. Катя тоже посмотрела на мальчика. Он смотрел на них и не понимал, почему взрослые такие хмурые.
— Знаешь, я рада, что Ира вернулась.
— Да, я тоже этому рад, — поцеловал он сына в макушку. — И я безумно рад, что она вернулась не одна.
— А что ты думаешь о её беременности?
Катя знала, что этот вопрос был болезненным, но она хотела знать его мысли по этому поводу.
— Что я думаю? — задумчиво переспросил он, качая на руках Германа. — Знаешь, мне неприятна сама мысль, что она пострадала, но ребёнок, которого она носит, в этом невиноват. Если бы я прислушался к своей интуиции, то ничего этого бы не случилось, но я не прислушался и мы имеет то, что имеем.
— Ты примешь этого ребёнка?
— Да, — даже не задумавшись, ответил он, чем порадовал Катю.
— Славу Богу, — выдохнула она. — Я уж боялась, что…
— Что я отвернусь от своей любимой? Этого никогда не случится. Она моя судьба, и всё, что ей предстоит испытать, мы испытаем вместе.
Она улыбнулась и протянула к нему руку, а когда он сжал её пальцы, то сказала:
— Прости, что хотела тебе пристрелить.
Он снова выгнул брови.
— Ну, помнишь, это было ещё год назад, когда ты Иру напугал.
— А-а-а… Вспомнил, — рассмеялся он. — Хорошо, ты прощена, но только при одном условии.
— При каком?
— Что перестанешь себя изводить по поводу Михаэля. Хорошо?
— Хорошо, — кивнула Катя, а потом спохватилась, когда почувствовала какое-то странное колыхание эмоций.
Вскочив со стула, девушка напряглась. Ей это не нравилось, очень-очень не нравилось. Она чувствовала сильную злость, даже ярость.
— Что случилось? — спросил Алекс. В его голосе слышалось беспокойство, но она постаралась сделать вид, что всё нормально.
— Ничего. Просто забыла, что утюг не выключила.
— Решила спалить дом? — изумился он.
— Ну, прости, — изобразила она раскаяние. — Пойду, выключу, а то и правда спалю дом.
— Иди-иди, — кивнул он, и Катя выскочила из кухни. Конечно, ей стоило сказать Алексу о том, что она почувствовала, но она не сказала. А что если она ошиблась?
Вылетев в холл, она приподняла подбородок. Нужно было идти наверх. Недолго думая, она рванула наверх. Пробегая по коридорам, она затормозила около поворота в западное крыло. Холодок пробежал по её позвоночнику. Ох, сейчас она начала жалеть, что не сказала Алексу. Почему-то Катя не сомневалась, что эта ярость исходит от её неожиданно воскресшего свёкра.
Посмотрев на лестницу, она сглотнула. Ей никак не хотелось пересекаться с этим мужчиной. Кто его знает, что ему в голову взбредёт.
Уже повернув назад, она остановилась, так как услышала женский голос. Очень знакомый женский голос. Снова повернувшись к лестнице, Катя стала подниматься, а когда женский голос, а вернее всхлип, повторился, она побежала.
Добравшись до чердака, Катя замерла как вкопанная, а всё потому, что Рейд-старший душил Вику.
Параллельно нянча сына и работая над проектом, Вика была настолько погружена в процесс, что не заметила приближения чужака.
