— Расскажи сейчас, — немного подумав, сказала она, проводя по мягким волосам рукой. Поправляя их и убирая с его лба выбившийся локон, после чего запуская в них пальцы, слегка массируя кожу головы. — Мне интересно.
— Ну, — протянул он, размышляя. Заставать его врасплох, видимо, начало входить у Аккерман в привычку. Предложить рассказать потом — это одно, а получить согласие так сразу — совсем другое. — Только не смейся, ладно? Кхм. В общем, в долине одной реки была лесная дева. Красивая настолько, что сразу можно было… Ну, в общем, ты поняла. Голову многие теряли от нее. Только подходить не решались, потому что рядом всегда был огромный золотой волк, охранявший ее. Кто-то говорил, что это был ее любимый, которого прокляли из-за сильной любви к ней. Но она узнала его даже в таком обличье. Другие, что просто ее ручной зверь, послушный только ей. Суть была в том, что она всегда была холодная, что не подойти, и только для волка оставалась любящей. — Слова звучали размеренно, мелодично, словно Эрен и впрямь рассказывал настоящую историю, а не старую легенду. Закрыв глаза, он немного рвано выдохнул, сомневаясь насчет продолжения, но все же решился. — Только однажды один охотник позарился на шкуру волка и на красоту этой девы. Одним выстрелом он попал ровно в голову зверя, и собирался уже подойти за добычей, но дева вскрикнула, поняв, что произошло, исчезла вместе с телом волка. — На последних словах голос стал тише, и Йегер только лениво водил пальцами по спине Аккерман.
— Жаль, — сонно сказала она. — Ей, наверное, было тошно. Мужланы — корень всех проблем человечества, — она говорила тихо, размеренно. С каждым словом все больше и больше засыпая.
— Предпочитал в детстве думать, что они смогли быть счастливы в каком-то другом мире, и она излечила волка, — постарался успокоить ее Эрен, хоть и прозвучало наивно.
Подумав о том, что засыпать в обнимку становится немного странной традицией, Йегер улыбнулся. Ему это определенно нравилось.
========== Глава 8 ==========
По приезде в город, все едва успели закинуть вещи в отель. Расписание начиналось с огромной нагрузки: концерты следовали друг за другом почти без продыху. Публика в первом городе встретила группу очень даже тепло, впрочем, как и всегда, даже несмотря на то, что выступали днем. Разве что аппаратура периодически барахлила и несколько раз действительно ломался микрофон. Эрен злился: не мог выложиться на полную. Еще и недостаток сна в какой-то мере сказался. Обычно перед туром Йегер отсыпался по полной программе, не позволяя себе напрягаться, экономя силы. Но эти гастроли, очевидно, слишком сильно отличались от привычной рутины.
Сразу после этого не особо удачного выступления им выделили часов шесть на отдых, после чего необходимо было двигаться дальше. Но, едва смыв с себя следы концерта, все приехали в отель, и он сполна окупил проблемы дня по одной простой причине: вещи уже были отнесены в номера. Предстоящее сидение в номере на протяжении всех шести часов казались для Йегера адом. Хотелось как-то развлечься, получить заряд положительных — по возможности — эмоций.
— Мика! — окликнул он, заметив, что она направилась к месту для курения. — Есть одно предложение, если только ты не боишься. — Белоснежная улыбка, способная обескуражить любого, тут же засияла на его лице.
— Что? — удивлённо спросила она, чуть сжимая пачку сигарет. — Делай, что хочешь, но только после перекура.
— Идем, по пути перекуришь. Или собралась тухнуть здесь? — Направляясь к выходу из отеля, он остановился у самых дверей. — Парк. Прогулка. Какая-нибудь ерунда, которая только взбредет в голову. Ну? — Он достал пачку сигарет и ловким движением зажал одну губами. — Вся пачка твоя. Дорогие и, правда, крепковатые. Ну, ты знаешь.
— Ладно. — Аккерман пожала плечами, следуя за Йегером. — У меня свои. Но ты поосторожнее с ерундой, котенок. Обычно такие прогулки заканчиваются в полицейском участке.
— Да бывал я там, — отмахнулся Эрен. — И знаю, как оттуда выбираться. — Он взял Микасу за руку, выходя на улицу. Солнце начинало приятно греть, хоть все еще веяло прохладой. Весна в этом году поторопилась сместить зиму, но и жару набирать не торопилась.
Поправив очки, он усмехнулся собственным мыслям. Когда вообще в последний раз мог себе позволить держать девушку за руку на людях? Хотя навряд ли и сейчас это было допустимо, но мысли были заняты совершенно иным. Зажигалка щелкнула, являя пламя, и Эрен затянулся, прикуривая, тут же предлагая Микасе.
Она вытащила тонкую злодейку с фильтром и, крепко сжав ее губами, прикурила от его сигареты. Дым медленно поднимался в ясное небо. Микаса сморщилась, глядя на солнце, и достала очки.
— Какой ты, однако, бунтарь.
