– Всем встать! – вскричал кто-то, люди стали подниматься с земли, врачи, медсестры, пациенты и бойцы, которые здесь проходили восстановление, но их не успели забрать. С дальнего ряда двигалась фигура, что-то высматривая. Это был мужчина, один из бойцов, ростом не выше Анри. Он был коренастый, с жесткими чертами лица, за поясом болтался пистолет. Мужчина выдергивал кого-то из толпы, быстро осматривал, что-то говорил и толкал обратно. Нескольких он вывел в сторону и приказал не двигаться. Анри разглядела, что это были бойцы, все в форме и все ещё на лечение. Они были без Свидов и не представляли угрозы, но активный мужчина не прекращал вытаскивать их одного за другим. Дошла очередь и до них.
– Выходи – грубо сказал он Нику. Тот медленно вышел вперёд, достал оставшуюся сигарету и закурил. Анри замерла, она не сводила глаз с Ника, сердце предвещало что-то плохое, а он лишь улыбнулся ей, всё также ехидно и беззлобно – встань здесь – мужчина указал рукой на место, которое находилось в паре метров от основной группы пленников и пошёл дальше. Ник повиновался, смысла чему-то противиться он не видел, ведь уже понимал к чему шло дело и радовался, что Рауки выдергивали только бойцов и не трогают прочий персонал, а значит они будут жить как минимум. Он повернул голову и заметил, как на другом конце у входа во двор показался до боли знакомый Раук, всё та же угольно-черная краска, но уже немного обновлённый, он с минуту постоял на входе и пошёл к толпе, на ходу он скинул щит с лица и подозрительно всматривался в сторону Ника, а тот пытался вспомнить, откуда он его знает.
– Так, этих под расстрел – мужчина быстро достал пистолет и выстрелил в голову одному из бойцов, который находился недалеко от Ника. Тело бойца обмякло, и он вяло упал на землю, струйка крови хлынула на сочную зелёную траву. Толпа ахнула, женщины завыли в голос, люди зашевелились, но не двинулись. На противоположной стороне бойцы врага стали внимательно наблюдать за происходящим. Они не радовались, не было на их лицах даже намека на улыбку. Анри машинально сжала кулаки, следующим был Ник и мужчина быстрым шагом направился к нему. Никто уже не смотрел на чёрный Раук, который уже начал бежать, все взгляды уперлись в Ника, а тот повернулся к Анри и улыбнулся, губами он что-то прошептал, но невозможно было разобрать что и закрыл глаза. Лицо его было спокойное, как и всегда, он не хотел, чтобы Анри лицезрела его смерть, сам он уже не боялся её, ведь она должна была быть быстрой и лёгкой.
– Что здесь происходит? – раздался твёрдый голос откуда-то сверху. Ник открыл глаза, не веря своим ушам, этот голос он уже явно где-то слышал. Медленно повернув голову, он едва сдержался от смеха. Перед ним стоял Мерсад всё в том же Рауке, голубые глаза горели злобой. Анри сразу узнала голос Мерсада, но боялась поднять глаза, чтобы не выдать его.
– Расстрел врагов нашей родины, что ещё? – со смехом ответил мужчина и обернулся на бойцов, словно ища одобрения, но каменные лица не реагировали.
– Я что-то не припомню такого приказа – прошипел Мерсад и обойдя Ника, подошел к наглому мужчине ближе – насколько я знаю, мы расстреливаем только тех бойцов, кто находится в Свиде, ну и дебоширов, нарушающих порядок. Что-то я тут не вижу ни тех, ни других? – продолжал он, голос его был грубым и совсем не похожим на тот, который Анри слышала, когда была на фронте.
– А ты кто тут, командир чтоли? – Мерсад повернул правую руку Раука, на которой виднелась командирская печать.
– С некоторых пор да – мужчина слегла опешил, но тут же нашёлся, что ответить.
– А мне плевать, их надо убить, какая нам от них польза? Верно ребята? – крикнул он, но остальные молчали. Бойцы Рауков, которые последний месяц только и делали, что шли в атаку изрядно насмотрелись на смерть и не хуже бойцов врага понимали, что могли оказаться на месте расстрелянного паренька, поэтому не спешили поддерживать наглеца, тем более Мерсада боялись больше. За два месяца в полях, Мерсад заслужил уважение среди своих, не только за счет своего профессионализма, но за счет невиданной жестокости, как на поле боя, так и среди своих. За это время он нескольких избил до состояния комы, потому что тем захотелось добраться до его Раука, парочку убил, просто в глупой стычке, так как те хотели ему навалять от нечего делать и одного убил за бегство с поля. Но последний был убит по приказу командира, поэтому Мерсад не мучился совестью. В ночь захвата раненный командир, который в последствии умер, передал Мерсаду управление всеми тремя частями первой линии, которые отвечали за захват и зачистку города. Мерсад не сильно радовался новому назначению, да и понимал, что с приходом второго ряда сдаст свои полномочия другому, но до тех пор решил следовать правилам, как того требовал закон, а значит был против беспорядочных расстрелов.
– Слушай, ты что забыл, сколько они наших положили или что с новым назначением совсем крыша поехала? – язвил мужчина. Лицо Мерсада исказила злая гримаса.