– Нет, ты не умрешь, ты не оставишь меня, я больше никого не хочу терять – Мерсад гладил её по спине пытаясь успокоить, но сам едва мог сдерживать слёзы.
– Теперь ты понимаешь, почему я убил тех двоих – прошептал Мерсад.
– Да, убей всех, кто встанет на нашем пути, убей их всех – злобно отзывалась сквозь слезы Анри.
Они забылись крепким сном в спальнике. Сил думать уже не было и тем более говорить.
Утро разбудило их мелким холодным дождём. Где-то далеко гремела гроза. Жаркое лето в одночасье покинуло их края.
– Куда мы теперь? – спросила Анри, когда Мерсад стал собирать вещи.
– Сначала в Айму, узнаем, что да как, попробуем найти Сандро или Гийома. Потом поедем в Завир – на этом слове сердце его тяжело сжалось. Как бы там ни было, он уже понял, что глубоко влюблён в Анри, но не сдержать данное ей обещание не мог. Он вернёт её домой. Здесь его больше ничего не держало.
– Границы закрыты, как мы уедем? – Мерсад обернулся на Анри, та всё ещё сидела в спальнике, холод её пробирал или страх, он не знал, но она мелко дрожала.
– Придумаем что-нибудь – он выдавил из себя улыбку.
– А если нас до сих пор ищут? – Мерсад отрицательно замотал головой.
– Не ищут, ты же слышала новости, но будем аккуратны, как и всегда. Надо бы заглянуть к нашему парикмахеру, пусть преобразит нас до неузнаваемости – злобный смешок вырвался у него из груди.
Они вернулись в тот городок, нашли по памяти салон и уверенно вошли. Колокольчик прозвенел над дверью, помещение было в запустении, лишь на паре стульев были наброшены покрывала для посетителей. На звук вышел мастер, лицо его осунулось и постарело. Он усиленно натянул улыбку и поздоровался:
– Давно я вас не видел – сказал он и Анри почувствовала нотки боли в его голосе – как ваши дела? – вежливо осведомился он. Мерсад плюхнулся на стул, слова не шли с его уст.
– Неважно – грустно отозвалась Анри – нам пришлось бежать из того места, где мы скрывались. Дедушка – она сжалась, чтобы не заплакать, но слезы уже катились по щекам – дедушка, он умер в пожаре, его сожгли – мастер быстро подхватил её под руки и усадил на стул. Лицо его раскраснелось, в глазах стояли слёзы.
– Мне очень жаль, очень жаль – повторял он. Мерсад молчал, он больше не плакал, как будто слезы высохли в самой душе, была только не прекращающаяся злоба и ненависть – я вас понимаю. Мой сын, помните, я говорил, что он вернётся – Анри замерла, ещё одной плохой новости её сердце не вынесет – он так горел мыслью свободы. Нет, он вернулся, вернулся, но всего на пару дней. Потом пришли граденёры, так теперь зовут отряды, подавляющие восстание. Он примкнул к повстанцам, сел за Раук и больше мы его не видели – он сжал какую-то тряпочку, которую держал в руке – и вот недавно, когда всё стихло, когда эти ироды сдались наконец, нам пришло уведомление, что сын умер, умер в первые же месяцы на севере. Ну как нам – он замер, лицо побледнело – мне – Анри подняла на него взгляд – мою жену подстрелили во время митингов, случайная пуля, возможно даже не от граденёров, а от наших. Она быстро умерла, не мучалась слава богу – голос стих и мастер прижал руки к груди – организованные повстанцы не поставляли сюда Рауки для борьбы, мы сражались своими силами. А кто мы против вооруженных до зубов граденёров, но те остановились, когда север сдался, но что толку, к тому моменту у нас полгорода вырезали – Анри взяла его руки и крепко сжала.
– Простите нас, простите – мастер удивлённо на неё смотрел.
– За что? Мой сын с честью погиб за великую идею, за идею мира, а вы теперь отнекиваетесь от своих слов! Не смейте, я не хочу думать, что он погиб зря. Моя жена, да она погибла зря, но не сын – он встал в полный рост, полный гордости и боли одновременно. Рука Мерсада легка на его плечо.
– Не обращайте внимание, у неё шок после вчерашнего. Никто не сомневается в том, что мы вершили правое дело, но такие вещи никогда не проходят без жертв. Я знаю таких бойцов как ваш сын, я был им и остаюсь. Для меня была честь сражаться бок о бок с такими как он – они обнялись. Анри удивлялась, как сейчас Мерсаду удавалось сохранить самообладание, когда сама она уже была готова застрелиться.
– Я могу вам быть чем-то полезен? – осведомился мастер уже поуспокоившись.
– Да, нас бы немного преобразить, да так, чтобы ни одна душу нас не узнала. Думаю, мне бы подошёл блонд – он усмехнулся и мастер расплылся в улыбке.
– Отличный вкус, у меня как раз есть такая краска, очень долго держится и замедляет рост волос, чтобы не пришлось перекрашивать.
Работа кипела, Анри внимательно следила за умелыми руками мастера и после двух часов возни Мерсад из яркого брюнета превратился в белоснежного блондина. На фоне белых волос, голубые глаза стали мягче, да и весь он из хищника превратился в пушистого котёнка. Её же перекрасили в тот же пыльно серый цвет, подрезали чёлку, которая опять мешалась и колола глаза.
