Тетя смущенно краснеет. Да, подобная путаница происходит не впервые. С тех пор, как пару лет назад тетя Маргарет заставила мужа купить дом по соседству со свекровью, надеясь выиграть этим несколько лишних баллов, их почта путается минимум трижды в год.
Вот только в этот раз это не какая-то случайность, и я скрещиваю пальцы за спиной, надеясь, что бабушка не избавится от конверта сразу, а пройдется глазами чуть дальше.
А зная любопытство своей ба, я ничуть не удивляюсь, когда все идет четко по моему плану.
– Это письмо для тебя, Гвен, – бабушка уже готовится отдать заветный конверт рядом сидящей девушке, но замечает отправителя и отдергивает руку, не давая кузине даже коснуться бумаги. – И тебе придется объясниться.
Нетерпеливо разрывая конверт, ба вытягивает оттуда письмо, пока Гвен переводит испуганный взгляд с бабушки на меня. В ее глазах страх и непонимание. Она похожа на загнанного зверька, и мне становится интересно, выглядела ли я так же, когда кузина показывала мне то видео. И испытывала ли Гвен столь же сильное моральное удовлетворение при виде этого? Надеюсь, нет. Это чувство слишком приятное.
Тем временем бабушка бегло пробегает глазами по письму, и с каждой прочитанной строчкой удивляется все больше.
– Ты собралась выйти замуж за преступника?! – не сдерживая злости, кричит она.
Тетя Маргарет тут же подскакивает с места, едва не роняя стул на пол. Она выглядит ошарашенной, что подтверждает ее звонкий голос:
– Что? Гвендолин Эмили Мун, а ну-ка объяснись!
Не ожидала такую реакцию от тети, ведь та всегда делала все, только бы избежать публичных скандалов с участием ее семьи. Все, лишь бы сохранить имидж перед бабушкой. Но, по всей видимости, даже эта публичная порка происходит с той же целью. Лживые показушники.
– О чем вы? Ничего подобного! – подскочив, в тон остальным кричит Гвен, а затем тыкает в меня пальцем. – Это все Скарлетт! Наверняка решила подставить меня перед вами, она всегда меня ненавидела!
О, как же ты глупа, дорогая кузина.
– Скарлетт? – поджав губы, бабушка переводит взгляд на меня.
Эту роль я репетировала достаточно долго, чтобы сейчас отыграть на все сто.
– Что ты, ба! Я бы никогда так не поступила. Тем более Брайан может подтвердить: мы и правда встретили почтальона на входе, – ба смотрит на парня, который тут же уверенно кивает. Мне даже немного стыдно, что я втянула его во все это, но Найт отлично справляется, оставаясь невозмутимым. – К тому же зачем мне придумывать подобное?
– Но… – хочет вновь воспротивиться Гвен, но бабушка поднимает ладонь, приказывая ей заткнуться.
Еще раз окинув конверт задумчивым взглядом, бабушка тяжело выдыхает.
– Хочешь сказать, тебе не знаком парень по имени Джим Питерс? – с лица кузины сходят всякие краски. Она уже готовится вновь отнекиваться, но ба начинает говорить быстрее. – Кажется, именно с этим парнем я просила тебя перестать общаться еще несколько лет назад. Но вместо того, чтобы меня послушать, ты решила быть с ним, даже когда тот оказался за решеткой?
Этот факт удивляет меня. Не знала, что между ними были подобные разговоры.
– Я… я… – еще никогда не видела Гвен такой растерянной.
В ее глазах уже сверкают слезы, а губы кривятся в неровной линии. Мне хочется сказать, что я испытываю от этого наслаждение, но это не так.
Однако и сказать, что сильно жалею о сделанном, тоже не могу. Эту войну начала не я, но именно я стану тем, кто поставит решающую точку. Произведу последний выстрел, который либо заставит Гвен отстать от меня, либо разожжет ее ненависть до таких размеров, что ей придется сгореть в ее огне. Но без меня. Нет. Что бы ни случилось, больше не собираюсь в этом участвовать. Ненависть выматывает. А я с радостью потрачу свои силы на куда более приятные вещи, чем придумывать очередные козни.
Пока кузина, сжимая кулаки, смотрит по сторонам, замечая сфокусированные на ней взгляды, я вспоминаю, как часто сама Гвен ставила меня в такое положение. По рукам пробегает неприятная дрожь.
Даже помня обо всем, что сделала мне кузина, капля жалости к ней не может испариться насовсем. Я была на ее месте и знаю, какое это отвратительное чувство, когда на лицах вокруг замирают кровожадные оскалы, требующие зрелища.
Заслужила ли подобное глупая девочка, ослепленная непонятной мне ненавистью? Не знаю.
– Дыши, – опаляя горячим дыханием, произносит знакомый голос прямо мне в ухо. – Я рядом.
Становясь за спиной, Брайан прижимает меня к груди и медленно уводит в сторону. Оставив короткий поцелуй на виске, он будто вновь вливает в меня жизненные силы.
– Спасибо, – тихо отвечаю я, желая поскорее воплотить в жизнь наши шутки про побег, но меня останавливает голос кузины.
– Это все она! – вопит Гвен. – Это все Скарлетт! Ненавижу тебя!
С этими словами, не дав никому даже опомниться, Гвен выбегает из столовой, громко хлопая дверью.
Сердце грустно охает в груди, а тело наполняет усталость, пока я вновь не слышу голос Брайана:
– Ты молодец. Ты справилась.
Он прав. Но сколько раз надо повторить это, чтобы наконец поверить?
