–
–
–
–
–
–
В четвертый раз за вечер Кайра просматривала видеозапись допроса Рея Кларка. Она все еще не теряла надежды, что человек на экране – в драной клетчатой рубашке, с красным отечным лицом – подскажет ей, что же в действительности случилось в ночь похищения Дженнифер Босанкет в 2020-м.
Он тогда был полностью дезориентирован из-за сильного опьянения. Когда Рей явился в участок, увидев в новостях, что полиции нужна любая информация о похищенной девушке, Том не воспринял его всерьез. Тем не менее он был их единственным свидетелем, пусть и не самым надежным.
Кайра запустила запись снова.
Последнее слово Рей произнес с презрением, как будто алкоголики выше классом, чем наркоманы. Даже на экране Кайра хорошо видела его опухшие веки и заторможенные движения.
Она помнила его показания наизусть: сначала Кларк утверждал, что ночевал в пустых гаражах за магазинами на Аллсуотер-стрит, но потом передумал и сказал, что дело было в заброшенном ночном клубе за ковровой фабрикой. В обоих местах провели тщательные обыски, но никаких улик не обнаружили. Кайра не забыла, какое испытала разочарование, когда поняла, что история Рея – просто мешанина противоречивых воспоминаний, не поддающихся расшифровке. На Аллсуотер-стрит не было железнодорожных путей, но он утверждал, что слышал поезд. Гаражей, которые он описывал, они тоже не нашли. Но самое главное – на момент похищения, который указывал Рей, жертва была еще дома. Когда им захотелось уточнить кое-какую информацию, найти его не удалось.
–
–
Рей покачал головой.
–
Или был слишком пьян, подумала Кайра.
–
–
–
Кайра пересматривала запись столько раз во время того расследования, что знала ее наизусть – Рей, взволнованный и суетливый, и Том, склонившийся над столом, так что рубашка плотно обхватывала плечи. Он напоминал ей собаку-ищейку, взявшую след.
–
–
–
–
Тот призадумался.