— Старик, розы, мой тебе подарок. — Миг, и Киллиан стал тем самым бедным дедушкой. — Как только я понял, кто приехал в Лэнхом, хотел отвадить тебя от двора. А в те дни я обитал еще иногда и на улице среди бедняков, смотрел, как и чем они живут, помогал словом или делом. Ты показала мне, что даже среди тех, кто наделен властью, еще есть сострадание.
Он снял иллюзию.
— Думал, что ты воспользуешься подарком и сразу вернешься в Винсен. Так было бы удобнее. Не пришлось бы делать столько отвлекающих маневров.
Киллиан сделал три шага к нам. Иво спрятал меня за спиной, готовый защищать. Не то что я сама этого делать не умела…
— Я вам не враг, хотя пришлось принять меры, чтобы прийти к тому, что имею. Дайте мне руки, покажу.
— Иво, я чую, что он не врет. Моя волчица ему безоговорочно верит.
Ректор отступил и протянул руку.
Киллиан коснулся, и наши головы заполнили образы. Словно мы оказались в другом времени, в другом месте.
Мы видели, как маленький черноволосый мальчик в ночной рубахе с золотой вышивкой босиком бежит по коридорам. В его глазах блестят слезы.
— В тот день, — раздался голос взрослого Киллиана, — мы с братом подслушали разговор отца и советника. Речь шла о том, что престол должен унаследовать я как сильнейший из детей. Мне было шесть, и я не понимал до конца всей ситуации. Отец сказал, а я уже забыл. А вот Эдгард помнил и злился. Конечно, он же старший отпрыск, и его полное право сесть на престол. Вечером, перед сном, я побежал к родителям. Они иногда читали сказки, и я надеялся, что и в этот раз тоже меня не спровадят. Их постель была алая… Родители мертвые лежали на простынях, а на них сидел брат с окровавленным кинжалом. Он усыпил их, а потом убил. И меня пытался… Моя гувернантка меня спрятала, а после отправила из дворца со своим свояком, наказав заботиться.
Мы вынырнули из омута воспоминаний.
— Я приехал в Лэнхом пять лет назад. Мне хотелось посмотреть на брата. Я овладел магией иллюзии и стал изучать государство изнутри. Мой отец хотел сделать из Лиссарда могущественную державу, а Эдгард превратил ее в помойку, где за монеты можно сделать все, где воришек поймать не могут…
Вздернула бровь.
— Камень не в твой огород, Тэри. Просто я хочу быть…
— …слугой народа, — закончил за него Иворд. — Ты говоришь правду. Хотя, видят боги, я не хочу ее слышать.
— Почему? — не поняла я. — Я доверяю своим инстинктам и нюху. Что это за ритуал? Что он тебе даст?
Киллиан рассмеялся:
— Уж не всемирную власть, как думала Рита и все остальные. Этот ритуал издревле принадлежит императорской семье.
О нем нигде не упоминается. Десять артефактов должны в определенный день находиться рядом и освещаться луной.
— Коронация магией, — прошептала, догадываясь о значении всего мероприятия.
— Именно, — согласился Киллиан. — Когда я завершу ритуал, мой брат не будет иметь власти. Ни над Советом, ни над дворянством. Он перестанет ломать судьбы, превращая государство в ничто.
— Если мы будем на твоей стороне, то…
— Мы встретимся с вашим королем и обсудим новый договор сотрудничества. Детей у меня нет, сватать никого не буду. — Маг мне подмигнул.
— Моя волчица чует в тебе альфу, но не чует зверя. Как такое возможно?
— Это тайна императорской семьи. Когда судьбой уготовано больше одного ребенка, силы не всегда распределяются по старшинству. Моему брату достались качества оборотня, мне же — магия.
— Хорошо. А роза?
— Это подарок за сострадание. Сейчас это редкость. Помощь ближнему должна цениться всегда. Мне был преподнесен этот дар высшими силами, но я им не воспользовался. Надеюсь, ты поступишь верно. Я ведь слышал о тебе. О той, которая пошла наперекор своей судьбе…
— Иворд? — посмотрела на жениха, который не отрывал взгляда от Киллиана.
Жених не понимал, о чем идет речь, но и для объяснений сейчас было не лучшее время.
Кивнул, взял меня за руку:
— Мы отвлечем всех.
— Спасибо. Это ценно. Я не хочу убивать брата сейчас, но сделаю это, если придется. Что такое одна жизнь ради целой страны?
Моя волчица довольно потянулась, и я не заметила, как голова подставилась под ласку этого странного мужчины. Он должен был быть врагом…
— Хорошая. Ты останешься подданной Айсенланда. Но тебе всегда будут рады дома.
— Сарита мертва, — отчего-то решила я проинформировать его.
— Печально. Но она заигралась во власть, хотя и была какое-то время дорога моему сердцу. Она заблудшая душа, и я надеялся, что, когда мы расстанемся, она обретет покой.
Мы отошли. Я по кристаллу связи сообщила Гейбу и остальным, чтобы задержали императора и свиту.
Ожидая эпического конца, несколько расстроилась, когда ритуал завершился золотым свечением, которое впиталось в кожу нового правителя Лиссарда. Эта неведомая сила окутала меня и, вероятно, оповестила каждого жителя империи о смене власти. Так сказал нам Киллиан.
Новый император отошел в угол и, взяв небольшую вещь, вложил мне в руки.
— Сарита притащила его, думая, что он тоже поможет. Мне не нужно чужое.
Артефакт Рока…
— А остальные…
