— Ну, ладно. У меня есть идеальное судно, которое ждет вас.
Мы следуем за Эдмондом к причалу и идем вдоль ряда парусников, яхт и пустых причалов. Я расспрашиваю его о бизнесе, и он отвечает, что дела идут лучше, чем когда-либо.
В конце концов, он останавливается на корме небольшой яхты с названием Seaduction, выведенным на заднем борту.
— Она в вашем распоряжении.
Ванесса хватает меня за предплечье.
— Ты умеешь управлять яхтой?
Я хмурюсь.
— Нет. Капитан прилагается.
— Слава богу, — бормочет она.
Эдмонд отправляет нас на борт, где молодой человек одетый во все белое стоит по стойке смирно.
— Это капитан Харрис. Он позаботился о том, чтобы на борту было много еды и питья.
Молодой капитан коротко, но профессионально кивает.
— Вы можете сказать ему, куда бы хотели отправиться, или позволить ему делать свое дело, а вы двое наслаждайтесь пейзажами.
— Это потрясающе. — Ванесса рассматривает роскошную мебель и сверкающий полированный пол. — Я никогда раньше не была ни на чем подобном.
Эдмонд ухмыляется.
— Очень немногие были. Итальянский производитель яхт Sprezzatura выпустил менее дюжины этих роскошных моторных яхт. Мне посчастливилось стать владельцем одной из них.
— И нам повезло воспользоваться этим преимуществом. — Я снова протягиваю руку Эдмонду. — Еще раз спасибо за предложение.
— Как я и говорил, чувак. Я твой должник. — Он кивает Ванессе и капитану. — Не торопитесь.
Капитан проводит для нас краткую экскурсию и оставляет на носовой палубе для загара, а сам отчаливает и направляет нас к заливу. Мы снимаем обувь и ложимся на спину, пока солнце греет наши ноги, а в лицо дует приятный ветерок.
Мы осматриваем все достопримечательности — Бэттери-парк, Государственный парк Либерти и, конечно же, Статую Свободы. Кроме этого, почти не разговариваем, но я чувствую, что мы общаемся без слов. Переживаем один и тот же опыт, бок о бок.
Проплывая вдоль береговой линии Стейтен-Айленда, мы находимся в дружеском молчании.
Ванесса сидит, согнув колени и обхватив руками голени.
— Жаль, что Хейван не может этого увидеть. — Она подставляет лицо к солнцу, но я вижу, что ее глаза закрыты за солнцезащитными очками. — Она никогда не была на лодке.
— Ты шутишь.
— Только на маленьких моторных лодках для рыбалки на озере, но ни на чем подобном.
Думаю обо всех первых событиях, которые пропустил в жизни Хейван. Мысль о том, что я могу обеспечить один из первых раз для моей дочери, заставляет меня хотеть купить яхту сегодня же. Делаю пометку спросить Эдмонда, когда мы вернемся. Он наверняка знает все о рынке яхт.
— Я бы с удовольствием взял ее как-нибудь покататься. — Мой голос немного грубоват, вероятно, из-за долгого молчания. — Вас обеих.
Она быстро смотрит на меня, затем ложится обратно.
— Могу я спросить тебя о чем-то?
— О чем угодно.
Она прикусывает губу, и я представляю, как Несс подбирает слова в своей голове, отчего все внутри меня напрягается.
— Как ты видишь дальнейшее развитие событий? Например, что, по твоему мнению, должно произойти...
Я нервно вдыхаю.
— ...между тобой и Хейван?
Между мной и Хейван. Конечно, она хочет узнать, каков мой план и каковы мои намерения теперь, когда дочь появилась в моей жизни. Мои мысли проносятся со скоростью миллион километров в минуту, пока я рассматриваю дюжину различных сценариев, но останавливаюсь на самом безопасном, потому что не имею ни малейшего представления о том, что сейчас происходит в голове Ванессы, и не хочу ее пугать.
— Полагаю, это зависит от вас с Хейван. Я был бы рад, если бы она могла время от времени оставаться у меня. Может, на праздники или летом?
Ванесса кивает, но больше ничего не говорит.
— Я с радостью оплачу перелет, когда она захочет навестить меня.
— А что, если она захочет переехать в Нью-Йорк? — Ванесса поворачивается ко мне лицом, и, хотя я не вижу ее глаз, твердость ее челюсти говорит мне, что она не в восторге от такой возможности.
— Я сделаю все возможное, чтобы позаботиться о ней.
Ее брови опускаются под солнцезащитные очки.
— И как выглядит твой лучший вариант? С практической точки зрения.
Прищуриваюсь, задаваясь вопросом, не является ли тон, который я улавливаю в ее голосе, ее желанием поругаться. «Мимоза» и страстная ссора из-за нашей дочери — это верный способ оказаться за ближайшей дверью.
— Я бы позаботился о ней, Несс.
— Да, я это слышала. Но как?
— Крыша над головой, еда, медицинское обслуживание...
— Она не щенок, Хейс.
— О чем именно ты меня спрашиваешь?
— Я спрашиваю, способен ли ты быть рядом с ней эмоционально, помогать, направлять и учить ее, но при этом отступать настолько, чтобы она могла совершать свои собственные ошибки. Спрашиваю, будешь ли ты просыпаться посреди ночи, чтобы забрать ее, если она выпьет. Будешь ли бегать в аптеку за тампонами. Будешь ли не спать с ней всю ночь, пока она рассказывает о подруге, которая ее предала, или о парне, который разбил ей сердце. Я спрашиваю, Хейс, сможешь ли ты отложить свою жизнь на потом, если понадобится. Готов ли бросить все важные дела на работе, если ты ей понадобишься.
Меня мало, что пугает.
