Она неистово, в несколько этажей, выругала сначала Бесцветного, затем Элори, затем меналийского рыцаря по имени Джарвис, затем архиепископа Кильседского и наконец попросту упала в пыльную траву и от души разрыдалась. Впереди у двадцатидвухлетней дочери винодела, последние шесть лет живущей исключительно за счет своей магии и за то давно проклятой родными, была жизнь самой обычной женщины, с очень большой вероятностью — городской шлюхи.
Честное слово, уж лучше бы Повелитель Снов прикоснулся к ней обнаженной рукой!
По крайней мере, в одном Элори ошибся — настроение у Нисады Лорш, более известной в Замке как Крошка Нис-Нис, было препоганейшее. Даже полет горшка с королевской бегонией улучшил его лишь на самую малость.
Попетляв по коридорам, Нисада подошла к стене с заветной плоской нишей — проем арки, затянутый фреской с изображением цветущего дерева. Оглянулась воровато — не подглядывает ли кто? — и шагнула в стену прямо сквозь фреску.
До начала бала оставалось еще немало времени, однако и Тай, и Берри уже сидели в красной комнате. Тай перед зеркалом изобретала себе прическу, а Берри, как обычно, грыз фрукты, растянувшись на малиновом покрывале ложа. Нисада знала, что там, где ее любимый находится днем, ему дают в лучшем случае вареную капусту, и не осуждала его за маленькую слабость.
— Привет, — улыбнулся Берри. — Где была, чего видела?
— И почему с такой рани сегодня? — добавила Тай, не отрываясь от зеркала.
— Поздравьте меня, — мрачно уронила Нисада, забираясь с ногами в кресло и потирая коленку. Дырка на черно-красном чулке уже затянулась, но разбитое колено под ним саднило по-прежнему. — Я скинула на Элори цветочный горшок.
— Лихо! — Берри запустил в потолок огрызком груши и тут же достал из воздуха новую. — За что это ты его?
— А он первый начал. Я всего-то под дверью подслушивала от нечего делать, а он в меня нестабильностью плеснул.
— Зря, — осудила Тай сквозь зубы, в которых держала заколки. — Я имею в виду горшок. Было бы у нас право ответного хода…
— Разумеется, на своего поганого дядюшку я уронила бы этот горшок с куда большим удовольствием! — Нисада ожесточенно дернула головой, облако сиреневых кудряшек взлетело в воздух и снова опустилось ей на плечи. — Но его тут не бывает. А так хоть зло сорвала. Видели бы вы, как наш дорогой повелитель землю из волос вытряхивал! — она коротко и зло рассмеялась.
Тай отбросила локон, который никак не желал укладываться кольцом на виске, подошла к подруге и мягко обняла ее за плечи:
— Так… Что еще учинил твой дядя?
Нисада ткнулась головой в колени.
— А догадайтесь с трех раз, почему я сегодня так рано!
Тай ничего на это не ответила, выжидая. Обычно Нисада вываливала свои домашние горести без всяких вопросов, но торопить ее не стоило.
Вот и сейчас Нисада, пару раз шмыгнув носом, подняла на друзей абсолютно сухие бешеные глаза.
