– Слышал, ты замужем. – Когда эти двое отошли на пару шагов, ни с того ни с сего произнес лейтенант местного отделения.
– Уже восемь лет. – кивнула я, стараясь не заглядывать в глаза Артёму. – Нам нужны отчёты о нераскрытых преступлениях за последние три года.
– И кофе. А ещё нам надо сделать отметку на сфере о нашем приезде, для начальства.
– Кофе будет, а вот со сферой надо подождать, она в кабинете начальника, а он уехал встречать… Вас.
– Я позвоню ему, сообщу о твоём прибытии Алира.
Он вытащил из кармана брюк мобильный и отошёл к окну. Я же так и осталась стоять посреди кабинета, изучая такой с детства знакомый отдел. Что-то изменилось по истечении стольких лет, а что-то , как,например,тот старый шкаф рядом с окном, нет.
– О, Духова и здесь твоя фамилия. – Рассмеялся Паша. – Духов Витольд Робертович. Витольд? А ты же у нас…
– Алира?!
Оборачиваться не хотелось, как и видеть начальника отдела расследований, который по совместительству и, к моему глубокому сожалению, являлся моим отцом.
***
Витольд сын Роберта, как он предпочитал себя называть, постарел, что было удивительно для колдуна его уровня. В светлых волосах уже проглядывалась седина, а лицо избороздила сеточка морщин. Я сидела в кресле напротив рабочего стола отца, совсем как в детстве и задумчиво его разглядывала. Я надеялась что моя ненависть к нему утихла, но нет. Несмотря на то что сейчас он выглядел иначе, я видела что внутренне он ни капли не изменился, оставшись все тем же жестоким тираном каким я его запомнила.
Мое детство было не таким уж и радостным, как думали другие. Мы жили не бедствуя, чем вызывали дополнительную зависть окружающих. На людях отец изображал доброго и любящего родителя и мужа, дома держа свою семью в таких ежовых рукавицах что воздуха иногда не хватало физически. Женившись на моей маме, он взял фамилию именитого родственника, ожидая что это поможет ему быстро продвинутся по карьерной лестнице. В принципе все так и оказалось – за каких – то пару лет он получил звание капитана и стал начальником отдела расследований Малоозерска.
Бабушка с дедушкой не вмешивались в личную жизнь мамы, хотя и подозревали что в их отношениях не все так хорошо, как рассказывали. Когда мне было десять, матушка узнала что отец ей изменял. Эта новость подломила ее разум. Очень чувственная натура Марьяны Духовой не выдержала такого потрясения и матушка слегла в больницу с нервным срывом. Тогда – то дед и узнал что мама регулярно подвергалась физическому и моральному насилию. Он потребовал от меня и моего старшего брата рассказать все что происходило в нашей семье. Родители развелись и мы переехали в дом бабушки. Тогда – то я и смогла впервые вздохнуть свободно. Оказывается, можно бегать по дому и смеяться в голос и за это никто не будет ментально пугать тебя страшными образами.
И мама больше не плакала по ночам, прячась в моей комнате.
Отец пытался вымолить прощение, очень часто приходил к маме, пытался подловить ее в магазине или на работе. Моя бабушка пресекала все его попытки, а мой тринадцатилетний брат пообещал что если отец хоть ещё раз заявится к порогу нашего дома, то он изобьет его.
Он пытался подобраться к маме через меня. Я была тогда мала и ещё не понимала что это очередная его попытка манипуляции. Отец старался проводить со мной столько времени, сколько не тратил на меня раньше, оправдывая это тем что раньше он думал только о работе чтобы мы жили хорошо. Я верила, что он меняется…
Ровно до того дня когда умерла бабушка.
В ушах до сих пор колокольным набатом стоит крик брата и мамы. Мой единственный кошмар, который преследует меня ночами.
Похороны прошли в день моего четырнадцатилетия. Мы втроём с мамой и братом возвращались домой с поминального зала. Витольд встретил нас в гостиной. В доме царил бедлам и полная разруха. Он что-то искал, перерыв чуть ли не все комнаты в доме.
– Где он?!
Полное ментальное сканирование без согласия опасно для жизни. Маг насильно врывается в твой разум, копошась в воспоминаниях, ломая их. Ломая тебя. Первым под удар попал брат. Витольд искал что-то важное, беспощадно уничтожая разум сына.
Говорят, чтобы пробудить дар необходимо эмоциональное потрясение. Меня не считали особо одаренным ребенком, полагая что те крупицы магии что были во мне не вырастут во что-то большее. Но видя как отец уничтожает моего брата, а затем переключается на маму, я почувствовала как внутри меня растёт сила, требующая выхода наружу. Я закричала, выбрасывая чистую силовую волну сметающую все на своём пути. Отца отбросило в сторону, хорошо приложив лопатками о стену. Он безвольным мешком осел на пол.
Но моего брата он сломал.
– Рад твоему возвращению, милая. – он улыбался, а от этой улыбки меня передернуло.
– Не называй меня так.
– Ты же моя дочка, как мне тебя еще называть? – на лице все та же доброжелательная улыбка, а глаза и голос злые – презлые.
– По имени, пожалуйста.
– Хорошо, – кивает Витольд. – Так что вас прислала проверять подполковник Эспери?
Хм, ну хоть по прозвищу мою начальницу он не стал называть, предпочтя нейтральное обращение как фамилия.
