Заместитель губернатора — министр по делам молодёжи Татьяна Киреева не спала всю ночь, она со своими сотрудниками помогала устранять последствия террористической атаки на Белгород.
— Работали более двух тысяч человек: представители различных волонтерских групп, жители города, области, соседних регионов. Некоторые приходили семьями, присоединялись к работе волонтёров уже на улицах. Люди начали предлагать помощь сразу же, как только случилась трагедия. Работу добровольцев координировал региональный волонтёрский штаб «МЫ ВМЕСТЕ». Как только группы разминирования и следователи разрешали приступать к работе на том или ином участке улиц, туда направлялся волонтёрский десант. Заканчивали один участок, сразу же переключались на следующий, где было безопасно проводить уборку последствий обстрела. Благодаря такому отклику центральные улицы города были убраны уже к полуночи!
Татьяна Владимировна добавляет после небольшой паузы:
— Спасибо огромное, за такой невероятный отклик, сопереживание и готовность оперативно включаться в любое дело, где требуется волонтёрская помощь.
Ужасная трагедия выявила столько неравнодушных, столько людей поднялись на помощь, что это достойно отдельной статьи, отдельного рассказа. Не зря губернатор Белгородской области так тепло благодарил всех неравнодушных. Одной из таких была и фельдшер станции скорой помощи Инна Козлова. В момент трагедии она находилась дома, но как только узнала о случившемся, бросила всё и побежала на работу.
— Я понимала, что работы хватит всем. Меня определили в военный госпиталь, и там я увидела людей с ужасными ранениями и их родных, которые искали своих родственников, детей, родителей. Они все были в ужасе. Ранения были страшные — минно-взрывные. Я сдерживала эмоции, так как моя задача в первую очередь помогать людям. Были женщины, дети, старики. Люди были в шоке, и приходилось помимо медицинской помощи оказывать и психологическую помощь, искать слова поддержки. Многие наши работники вышли на работу, несмотря на выходной день…
Я разговариваю с людьми, пережившими жуткую трагедию, и узнаю всё новые истории чудесного спасения тех, кому повезло выжить во время теракта.
Парень с девушкой стоят возле своих иссечённых осколками машин недалеко от Преображенского собора и рассказывают, что их спасло чудо. В момент прилёта они уже должны были быть возле автомобилей, и шансов спастись у них не осталось бы. Но их задержала бабушка на улице. Они несколько минут поговорили с ней и только повернулись, чтобы идти дальше, как раздались взрывы…
Возле универмага Белгород сотрудники ТЦ устраняют последствия атаки — закрывают контур. Я только начинаю беседовать с заместителем универмага, как раздаётся протяжный, жуткий вой сирены ракетной опасности. Сотрудник торгового центра действует молниеносно. Кричит работникам, чтобы бежали в подземное убежище и требует направляться за ним.
Мы бежим по двору под выматывающие душу звуки, и замдиректора ещё успевает на ходу отдавать указания и поторапливать людей. По лестнице спускаемся вниз, в подвал, где уже стоят сотрудники магазинов и немногочисленные покупатели. Все спустились в убежище буквально за полторы-две минуты…
Уже в убежище разговариваю с людьми. Продавцы вчера во время прилётов были здесь — совсем молодые парни и девушка с серьёзными глазами.
— Расскажете, что происходило вчера? — спрашиваю я и достаю телефон.
— Без видео, — отрицательно качает головой один из продавцов.
— Да и что рассказывать? — добавляет второй. — Здесь те, кому вчера повезло. Больше и рассказать нечего!
— У нас тут вчера спрашивали, страшно ли было, — опять говорит первый. — Более глупого вопроса я даже не слышал!
Мы молчим, потому как все, пережившие хоть один обстрел, и так понимают всё…
Возле универмага «Маяк» было сразу два прилёта. Один — на пешеходном переходе, а второй — напротив кинотеатра «Победа». Там асфальт чёрный, обгорелый. И воронка от падения чешской ракеты.
— Тут вчера восемь машин горели. В одной из них мужчина был, сгорел в машине, — рассказывает мне местный житель Владимир. — Жутко было, конечно. Пытались вытащить, спасти, но такой жар стоял!
Мужчина безнадёжно машет рукой, а я спрашиваю:
— Много людей помогали?
— Да почти все. — Владимир смотрит на меня грустно. — Единственное, не все же медики. Как там перевязать, жгут наложить, не каждый знает. Я вот не знаю, теперь учиться буду. Говорят, девочка вчера умерла возле «Маяка» оттого, что жгут вовремя не наложили. Но мы помогали, кто чем мог. Уносили с улиц, вызывали скорую, бинтовали, раны пережимали. Тут же такой ад творился!
