Андрей открыл глаза. Слышался звук удаляющегося поезда. Он тряхнул головой и взглянул на часы. Они показывали шесть. Оксана спала рядом. Было холодно. Андрей скинул легкое одеяло и выглянул из палатки. Костер догорал. Ислама не было видно. Он накинул куртку, вылез наружу и огляделся. Никого.
– Что за черт? – прошептал он.
Завалив тлеющие угли хворостом, и раздув их, он обошел площадку, выбранную для лагеря. Все вещи были на месте. Автомат лежал, прислоненный к стволу поваленного дерева, на котором сидел Ислам. Андрей брызнул на лицо водой, протер глаза и еще раз осмотрелся. Отойдя от палатки, он хотел было крикнуть, но тут заметил, что в одном месте кусты, окружавшие лагерь, разворошены так, словно через них кто-то пытался пробраться. Андрей направился туда. Свежая тропа! Не иначе, как Ислам за чем-то туда ходил.
Андрей пошел по следу и вскоре выбрался на поляну…
– Ислам, – прошептал он и присел на корточки возле тела. Его глаза наполнились слезами. – Ислам, – повторил он, схватив бездыханное тело за плечи.
Окровавленный кинжал был крепко зажат в правой руке. Андрей бросил взгляд на огромную тушу убитого черного волка, лежащего рядом.
– Черный пес, – испуганно прошептал Андрей.
Он поднялся, хватая ртом холодный воздух, и стараясь остановить слезы. После сел перед Исламом на колени и склонился к его лицу.
– Я тебе верю, друг. Прости меня. – Он провел ладонью по лицу Ислама и закрыл ему глаза.
Схватив волка за большой пушистый хвост, Андрей оттащил его с поляны, дотащил до первого попавшегося глубокого оврага и столкнул его туда. После он вернулся в лагерь, проверил Оксану, прихватил саперную лопатку и вернулся на поляну. Земля на удивление оказалась рыхлой, так что Андрей достаточно быстро выкопал могилу. Немного отдохнув, он подтянул к ней тело Ислама, сам спрыгнул вниз, и спустил тело на дно. Оставив Исламу кинжал, он сложил его руки на груди.
Выбравшись наверх, он некоторое время постоял над могилой, после, глубоко вздохнув, засыпал ее, утрамбовав образовавшийся курган, и направился обратно в лагерь, по пути умывшись и очистив одежду на озере.
Начинал накрапывать дождь. Нужно было выдвигаться. Поставив котелок с водой на костер, Андрей разбудил Оксану.
– Как ты? – спросил Андрей.
– Хорошо, – улыбаясь, но как-то тяжело произнесла она.
Андрей дотронулся до ее лба.
– Ты горячая, – обеспокоенно проговорил он. – Тут оставаться не стоит. Нам нужно идти. Становится холодно.
– Я смогу, мне не настолько плохо.
– Позавтракаем?
– Я… не хочу, что-то совсем аппетита нет.
– Чай! Нужен горячий чай. Сейчас выпьешь. Наполним два термоса. Оденься теплее. Нужно достать дождевики.
Оксана выбралась из палатки.
– Я пока соберу палатку и вещи…
– А где Ислам? – спросила Оксана.
Андрей отвернулся. Он боялся показать слезы, которые сразу же после вопроса подкатили и рвались наружу. Он несколько раз глубоко вдохнул и развернулся.
– Андрей, где Ислам? – настороженно спросила Оксана.
– Его больше нет с нами, – спокойно ответил Андрей.
– Как? – Оксана отказывалась понимать.
– Он… он победил своего шайтана. – Андрей все же не сдержался и упустил слезу. – Он погиб… он… Он там. – Андрей махнул рукой.
Оксана хотела было броситься в ту сторону, но Андрей удержал ее. Она повисла у него на руках и разрыдалась.
– Как? – сквозь слезы спросила она. – Мальчик…
– Он дрался с волком, – ответил Андрей, и тут же уточнил: – С черным волком. Я похоронил его. Там же, где он сражался, похоронил.
– Петр Ильич, Ислам, – шептала Оксана. – Маша, Слава. Нас только двое. Как и было в самом начале…
– Нам пора, – сказал Андрей.
Андрей оставил вещи, которые им не могли бы пригодиться, бросил одну палатку, одежду Ислама, закопал автомат и винтовку, оставив себе два пистолета и патроны к ним.
– Надеюсь, мы больше не будем устраивать войны, – произнес он. – Что нам еще не нужно будет? Все, пожалуй. Я разложу по двум рюкзакам.
Оксана сидела и молча пила чай, иногда прерываясь на кашель.
– Оксана, скажи, что ты еще чувствуешь? – озабоченно спросил Андрей.
– Ты о чем? – рассеянно спросила она.
– О здоровье.
– Горло немного болит… простудилась я. Дышать трудно и… как будто на грудь что-то давит. Простуда, что еще?.. Но, я дойду. Тут ведь, что лечи, что не лечи – неделя. Ты только близко ко мне не подходи, а то оба будем чахнуть. – Оксана слабо улыбнулась. – Ну, вперед. Помоги надеть.
– Нет, я все понесу, – сказал Андрей, набрасывая на каждое плечо по рюкзаку.
– Андрюша! – возмутилась Оксана.
– Все, все…
– Давай, хоть мне в рюкзак чего-нибудь…
– Хорошо, полотенца!
– Андрюша!..
Выйдя к железнодорожным путям, Андрей с Оксаной перешли их, тут же наткнулись на грунтовую дорогу, больше напоминавшую тропу, и направились в сторону Таксимо. Дождь неприятно накрапывал, постепенно пропитывая поверхность водой, и затрудняя движение.
Андрей шел впереди, ежеминутно оглядываясь назад, проверяя Оксану. Привалы делали через каждый километр пути. Сходили с тропы и усаживались под деревья. Оксана очень тяжело дышала. Пока ее дыхание не выравнивалось, Андрей не позволял ей вставать.
