— Ты что творишь, вахтёр! — тяжело оторвал толстый зад, опираясь о подлокотники кресла, тучный бородач. — По какому праву смеешь объявлять общий сбор?
— По праву ещё живого! — гордо вскинул подбородок старый солдат.
— А кто это у нас такой сладенький? — подала голосок мумия в белом халате. Редкий кружок сморщенных старушенций любопытно уставился с угла зала на молоденького паренька.
— Да, кто этот молокосос? — раздражённо ткнул крючковатым пальцем в сторону Файла худосочный костлявый персонаж в белой докторской шапочке. — Из — за него ты, Страж, потревожил нас?
— Файл— сын Шарлотты Дир! — торжественно представил парня Страж и отступил на шаг.
Суматошный гул голосов умолк мгновенно. В звенящей тишине тысячи глаз впились в лицо пришельца.
— Я Файл— вождь дикзелов Адской зоны, — он окинул гневным взором притихшее сборище полудохлых мумий.
— Вождь чего? — презрительно скривил рот авторитетный толстяк, столь жирных фигур в зале было мало.
— Диких зелёных братьев, — ожёг взглядом Файл надменного урода. — Про Третью Волну вы, небось, и не слыхивали?
— Коллеги, очевидно, мы и две предыдущие Волны проспали, — ехидно рассмеявшись, обратился к собравшимся Шардам костлявый старикашка в шапочке.
— Первая Волна навела порядок в зоне, создав единый Шардистан, — жёстко напомнил историю Файл. — Вторая заставила уважать законы Шардов.
— Все законы для зэков выдумала твоя сумасшедшая мамаша! — плюхнулся в скрипнувшее кресло жирный авторитет. — А нам на ваш криминальный мирок насра…
Внезапно грязный рот бородача заткнула вырвавшаяся из ладони Файла ветвистая молния. Дикзела тошнило от вида напыщенных лжебожков, и он не удержал бушующий в душе гнев.
Жирная туша злослова полыхнула ярким пламенем и, мгновенно выгорев дотла, пустила к стеклянному куполу столб вонючего чёрного дыма.
— Не надо говорить о маме плохо, — крепко сжав кулаки, чтобы не поджарить ещё кого, сквозь зубы выдавил предостережение Файл. — Шарлотта Дир отдала за вас жизнь.
Никто из опешивших Шардов не вступился за жирного грубияна. Старики и старушки удивлённо пялились на кучку пепла от его тучной фигуры. Учёные не были бойцами и магией тоже не баловались— многие проспали даже момент её появления в зоне.
— Жирный возродиться на Лежбище? — не поворачивая головы, шёпотом спросил у Стража горячий дикзел.
— Да, — успокоил его совесть Страж и ехидно усмехнулся — но и там, в новые штаны, кучу от страха наложит. До сих пор учёные здесь погибали редко, давно, в ходе неудачных экспериментов. Потому и смерти боятся.
— Мы безмерно уважаем Шарлотту Дир, — наконец отошёл от шока костлявый старикан и широким жестом обвёл притихшую аудиторию. — Только, пожалуйста, не надо так бурно реагировать на глупые реплики отдельных индивидов. Файл, скажите, зачем вам понадобилось будить уставших от жизни стариков?
— Да вы по — настоящему и не жили! — взорвался от возмущения дикзел. — Страж, можешь показать, как жили в зоне настоящие люди: Огненный Дьявол, Странник, Любава.
— Любава? — удивлённо поднял брови ветеран. — Но ведь она «дитя зоны».
— Любава жила настоящим человеком, — прорычал дикзел, — не прозябала, как эти… безликие мумии. У неё была живая душа!
— Господа невежды, оденьте обручи мыслескопов, — взмахнул рукой всесильный Страж.
Чудесным образом появившиеся у изголовья кресел серебристые обручи сильно удивили многих учёных. Видно, с подобной магией соням пришлось сегодня столкнутся впервые. Они больше привыкли к обычной технике Старого Света, без волшебных эффектов.
Пока зрители надевали обручи мыслескопов, Страж сотворил удобные кресла для себя и гостя.
— Думаю, часовой нарезки кадров из хроники жизни твоих друзей будет достаточно для понимания сути, — усаживаясь в кресло, обратился «кинооператор» к Файлу.
— Покажи лишь важные события, — кивнул продюсер — дикзел и с надеждой глянул в глаза Стража — А чувства героев передать сможешь?
— Шарды видят душу узника насквозь, — подняв указующий перст, напомнил «божок», — и все события хранят в электронной памяти. Не сомневайся, заряжу зрителей эмоциями по полной программе, аж вековая пыль из мозгов мумий посыплется.
Белые фигуры откинулись в креслах, погрузившись на час в транс. Файл с интересом наблюдал, как старики дружно вздрагивают, переживая кровавые битвы давнего прошлого Адской Зоны. Иногда мумии улыбались, проживая прекрасные моменты в истории героев. Но большее время хмурились и, сжав кулаки, скалили зубы. Когда иллюзия закончилась, по морщинистым щекам старушек текли слёзы, а лица бородатых старцев окаменели.
— Любаву жалко, — всхлипнув, подала голос старушка.
— Огненному Дьяволу тяжелее, — донеслась реплика с верхнего ряда. — Он — то, обречён до конца жизни страдать.
— Эх, а умереть по — настоящему в Адской зоне нельзя, — грустно вздохнул костлявый старик в шапочке. — Мы — то хоть навеки уснуть можем…
