Ум-м-м… чудес-с-сно! Нежный аромат, освежающий вкус… Легкий расслабляющий массаж погруженных в воду голеней… Не сон, а сказка!
Упругие струи поднимались со дна, лаская мои ноги. От ступней к коленям и дальше – к бедрам. Они сплетались в тугие жгуты, становясь более плотными, гибкими и… более настойчивыми. Ощущение было волнующим и отчего-то неловким. Я даже прекратила пить свет, прислушиваясь к ощущениям тела, в котором на грани сна и яви слились две моих сущности: человеческая и та, ночная, похожая на голодный комок тьмы.
Проворные потоки поглаживали кожу, будто чьи-то нежные пальцы. Вверх, вниз, снова вверх… едва дотрагиваясь, с легким нажимом, круговыми движениями и точечными касаниями… уделяя особое внимание самым чувствительным зонам – кончикам рефлекторно поджавшихся пальцев, тонкой коже под коленями, бокам и пояснице. А потом эти наглые руки-струи переместились на мой живот, дотронулись до выступающих тазовых косточек и, спустившись по гладкой ткани белья, принялись ласкать внутреннюю сторону бедер, нежно, но настойчиво раздвигая мне ноги. Резко сомкнув их, я невольно подтянула к себе конечности, с легким разочарованием обнаружив, что они не такие уж и резиновые.
Сон закончился, и это тоже отчего-то вызывало разочарование. Открыла глаза, проморгалась. Задремала в купальне, вот же балда! Тааса на бортике не было. Его вообще не было в зоне видимости. Наверное, сбежал или спрятался где-то, а может, просто ушел по своим делам. Неизвестно же, сколько времени я продрыхла в этом чудо-бассейне с подогревом и гидромассажем – ну а как еще можно назвать прозрачные водяные руки, что нагло продолжали ласкать мое тело? Магический гидромассаж, не иначе. Я была бы даже благодарна за такой оригинальный сервис, не будь он с эротическим уклоном. Решив, что из странной купальни пора сваливать, медленно поднялась, держась рукой за край бортика, но вода странно покачнулась, и в следующий миг я, поскользнувшись, полетела обратно. Села в облаке опадающих брызг, отдышалась, сняла с мокрых волос пару сиреневых цветов и снова попыталась вылезти.
Но подводные пальцы-струи удержали, и мне невольно подумалось, что шарту решил по-тихому притопить гостью своего горячо любимого хозяина, списав все это на несчастный случай. Не убить, наверное, нет… Так, всего лишь чуть-чуть помучить.
Вышеназванные мучения не заставили себя долго ждать. Как только я перестала сопротивляться, решив спокойно осмыслить ситуацию и наилучший выход из нее, купальня возобновила гидропроцедуры. А и ладно, массаж так массаж! Почему бы и нет? Люблю поваляться в джакузи.
Это было даже приятно… поначалу. Но когда водяные «руки» добрались до облепленной мокрой тканью груди и по хозяйски огладили ее, я опешила, а когда рванули вниз неугодную материю – громко вскрикнула. В попытке вырваться из плена сшибла с бортика флаконы из темного стекла и утопила полотенце. Вода не отпускала. Она недовольно бурлила вокруг, заставляя лилии кружиться. Сочла бы это зрелище красивым, не будь так шокирована происходящим. А потом все резко стихло, и я, воспользовавшись послаблением, выскочила из проклятого бассейна, отбежала на несколько шагов и столкнулась с Таасом, стрелой влетевшим в распахнутую дверь. Кот теперь был размером с пантеру и вид имел такой же взъерошенный, как у меня.
– Таас, – обхватив его за шею, прижала к себе как родного.
– Мр-м, – придушено крякнул тот, но вырываться не стал, только недовольно покосился на безмятежный с виду бассейн, в котором обрели покой шампуни и полотенце, а потом и на стены.
– Ну я и… искупа-а-алась, – не сдержала истерический смешок и тоже огляделась. – Вот черт! – воскликнула, заметив, как чистоплотный шарту медленно втягивает в стену ошметки сморщенных растений. А ведь когда я пришла сюда, на их месте красовались полные жизни бутоны, а не этот иссушенный гербарий.
Выпустив из объятий зеленоглазого зверя, нахмурилась; спохватившись, прикрыла длинными волосами обнаженную грудь и пошла одеваться, мысленно составляя список важных вопросов к магам.
– Какого мир-р-рда?! – прорычал ворвавшийся Сэн, сверля раздраженным взглядом спину блондина, стоящего лицом к стене. – Ты что творишь, аш-ш-ше-ар?!
Эйсард глубоко вздохнул, медленно повернул голову и, вынув обе руки из мягкой, как желе, стены, досадливо произнес:
–
– Я просил разбудить ее! – продолжал злиться визитер.
– Я и разбудил.
Наместник хотел еще что-то сказать, но, заметив мечтательно-отстраненную улыбку на губах собеседника, лишь махнул рукой и направился в сторону купальни. Там был Таас, там была и Зоя.
Я почти успела застегнуть рубашку, когда Сэн, предварительно постучав в полуоткрытую котом дверь, не дожидаясь ответа, переступил порог комнаты. Следом появился и странно довольный Кир-Кули, который окинул меня придирчивым взглядом и ехидно так поинтересовался:
