— Ийлин, мне надо сделать звонок. Айстар, — сказал он возникшему на экране начальнику охраны. Его друг дождался вестей о Майри. — С ней все в порядке. Она на Рагхе, в Летной Школе. Да, знаю, я тоже удивлен, если не сказать большего. Кто у нас на Рагхе?
— Подниму связи. Найдем. Что с Ийлин?
— Мне нужен унисвященник.
— Ты ее убил? — деловито поинтересовался друг.
— Нет. Я на ней женюсь.
Ийлин пискнула протестующе.
— Возражения не принимаются, — весело сказал Кайдар любимой женщине. — У тебя уже был шанс принять решение за нас двоих. Теперь моя очередь. Да, Айстар, найди ей какую-нибудь одежду, — та, что была на Ийлин, плохо снималась. Пришлось прибегнуть к ускоренному варианту. — Третий размер. Что-нибудь покрасивее, у нас все же свадьба.
Ийлин смущенно сопела где-то в районе его печени.
— Мою мать тоже найди, — продолжал командовать Кайдар. — Она в Сороковом Секторе. Собрание благотворительного фонда. Прежде чем скажешь о свадьбе, предупреди, чтобы выпила успокоительное.
Инора Ранер в ближайшее время ожидал подарок в виде не только вожделенной невестки, но еще и двух внучек.
— Сообщи моим друзьям. И еще — советнику Дайхаму. Думаю, организуем трансляцию из Парадного Зала…
— Ты уверен насчет Дайхама?
— Да. Я дам рагханам время подготовится. Во время следующей встречи, думаю, они сделают нужное мне предложение.
Он увеличит военные поставки, и, возможно, пошлет часть своего флота на поддержку потрепанного в Пятьдесят Седьмом Секторе Космического. За это Ийлин, Майри и Ийоли получат чистую, как горный ручей, историю. Рагханы, если хотели, с легкостью теряли не только память, но и записи в архиве.
— Дай мне пару циклиний, — сказал Астайр. — Я организую тебе священника, мать и кворум.
— Тридцать циклид.
— Двадцать пять.
— Отлично! — усмехнулся Кайдар. Начальник охраны отключился, а он потянулся к будущей жене. У них как раз хватало времени, чтобы еще раз… обрести гармонию.
— Кайдар, подожди, — попросила она, уворачиваясь от поцелуя. — Кайдар…
— Только не говори, что не хочешь за меня замуж, — начал он грозным тоном.
— Хочу, — улыбнулась она. — Очень хочу, но я должна сказать. Вторые роды были сложными. Ийоли оказалась довольно крупным ребенком. «Гедею» еще не достроили, и я… — она поморщилась, — рожала далеко от центральной клиники Рагхи. Всех спасли, но у меня больше не может быть детей. Прости. Ты должен знать.
— Ийлин, — вздохнул он, — у нас и так уже двое. Я признаю Ийоли своей дочерью. Думаю, на наш жизненный цикл детей хватит.
Он вспомнил подвиги Маши на Арене и подумал, что поседеет, пока дочери вырастут. Несмотря на то, что они уже почти выросли.
Затем я пришла в себя. Уцепилась за обрывки мыслей, пытаясь вырваться из темного хаоса безвременья. На миг показалось, что вновь очутилась на крейсере «Восход Арана», и мне опять предстоит путь от медотсека заботливого анора Кассиди до Летной Школы Рагхи. Но нет, вспомнила и парк, холодное, бесстрастное лицо Тодана и оцепенение после выстрела.
Открыла глаза. Из двух продолговатых светильников на потолке лился хирургически-белый свет. Заморгала, привыкая к освещению. Равномерный гул, который вначале приняла за звук работающего двигателя, оказался шумом в собственной голове. Приятное последствие выстрела… Рывком села, оглянулась. И не единственное последствие! Мир пошатнулся, накатила тошнота. С трудом подавила рвотные позывы, понимая, что нет времени медленно и томно приходить в себя. Этот отморозок — Тодан Лирг — опасен не только для меня, но и для приемных родителей и сопротивления.
Куда же он меня приволок?
Огляделась. Большая комната с единственной дверью. Серые, обшарпанные стены. Обрывки разноцветной упаковки у стены. Запах подвала, вернее, застоялой влаги, смешивался с резким, режущим нос животным духом. Сидела я на хлипкой допотопной тележке, которая годилась разве что трупы перевозить. Спасибо похитителю, что не бросил на грязный пол или в угол, на покрытые склизким налетом обрывки упаковки! Одежда и обувь тоже при мне. Полезла в карман шорт — а вот визор забрал!
Спрыгнула с тележки. Покачнулась. Стоя-ять! Нет, падать я не собиралась. Подошла, толкнула дверь. Так и думала — заперта. Стучать и требовать, чтобы меня выпустили, не стала. Веселить тюремщиков? Вот еще! Дошла до угла, разворошила ногой ветошь, вернее, мягкий, похожий на бумагу, тонкий пластик. Разглядела надписи — «Овощи Фрахко». Склад?! Старая овощная база?!
Подняла голову. Камер в комнате не было, это радовало. Зато под потолком находилось вентиляционное отверстие, закрытое решеткой, черной от застоялой грязи. Если подкатить тележку к стене, затем раскрутить шурупы, то, пожалуй, протиснусь. А что, дельная мысль! Только для начала не помешало бы… Нагнулась, рассматривая держащуюся на честном слове конструкцию тележки, состоящую из ржавых колес, погнутых соединений и верхней пластины. Если расшатать вот тот отошедший прут, получится неплохая заточка. На первое время сойдет, а дальше — как карта ляжет!
