Воин уже подметил деревья с белой корой. Его ветки были ценными в лесу. Если с них ободрать кору, то костер почти не давал дыма. Старые привычки. Когда Максуд вернулся с дровами, то заяц уже был освежеван и прекрасно смотрелся на вертеле, который Стрела смастерил на скорую руку. Под ним уже была выкопана ямка для костра и лежал трут. Максуд сгрузил все ветки, что он принес. Пока Стрела разжигал костер, Максуд сел на землю. Он порылся в карманах.
— Я подумал, что это твое. — он протянул руку парню.
Тот секунду смотрел на предмет в руке Максуда и затем забрал его.
— У моей невесты вторая часть. Она входит в эту канавку и тогда получается из двух частей одно целое. — он немного помолчал. — Это я сам сделал.
Максуд одобрительно закивал головой.
— Стрела, ты ведь охотник. Прирожденный. Что ты делаешь здесь, в страже? — спросил Максуд, усаживаясь поудобнее.
— Деньги. — с ноткой разочарования и сожаления ответил парень.
— Вряд ли ты из таких. — заметил воин.
— Меня не интересует богатство. Мое богатство — моя невеста. Больше мне ничего не надо. — он помедлил, переворачивая тушку. — Она не из богатой семьи. Но всегда хотела хорошую свадьбу. Как я мог ей отказать в этом? Так мы и решили, что я прослужу полгода в городской страже. Денег бы хватило и на свадьбу и на кое-что еще.
— Так тебе осталось служить пару дней? Ты ведь говорил, что уже полгода здесь служишь.
Стрела замялся. Он нахмурился и со вздохом прокрутил тушку. Максуд не торопил его.
— Не всегда все складывается так, как хочется. Я еще на полгода записался.
Максуд не знал в чем там дело. Но вытягивать подробности не хотел — он видел, что парню эта тема не очень приятна. Она была ему слишком близка к сердцу, а Максуд был для него чужаком. Когда придет время, он сам расскажет.
— Соли у нас с тобой нет. Но я видел траву неподалеку. Она может заменить соль, ты на вкус и не отличишь. Не слыхал о такой?
Конечно, он знал о такой траве. Любой, кому приходилось подолгу бывать в походах знал о ее свойствах. Она могла заменять не только соль. Еще она помогала останавливать кровь и дезинфицировать раны. Ее называли «кричалка» — из-за того, что она пекла на ранах, или «заменялка» — из-за того, что она помогала решить сразу несколько проблем. Длинный лист, но цельным он кажется только издали. На самом деле каждый лист состоит из сотни мелких жил, которые тянутся от основной жилы и расположены так близко, что создают впечатления монолитного листа. Именно поэтому она хорошо крошится на мелкие части.
— Нет, впервые слышу. Если она хоть немного похожа на соль, то обед у нас будет шикарным. — улыбнулся Максуд.
— Сейчас принесу. — Стрела убежал.
В костре осталась горстка углей. Мясо можно было не снимать с вертела, угли как раз не давали ему быстро остынуть. Охотник вернулся с охапкой травы. Он подошел к самой толстой ветке, которую не понадобилось бросать в костер, счистил с нее кору и положил пучок травы. Используя ветку как разделочную доску, Стрела шустро работал ножом. Через секунду трава была вся посечена. Он взял пару кусочков коры, которые счистил раньше. И рукой смахнул на них мелко нарезанную зелень. Один кусок коры отдал Максуду.
— Это «заменяльщик». - пояснил он.
Максуд взял кусок коры и макнул в него кусок мяса. Странно, он всегда считал, что эта трава «она», а не «он». И почему он так был в этом уверен? Его раздумья на очень серьезную тему прервал внезапный крик птицы. Он послышался далеко, но отчетливо.
— Незаглядка. — жуя, сказал Стрела. — Ее не так и легко увидеть. Она очень боязливая и у нее хороший нюх и слух. И зрение. Идеальный охотник. Ее крик несложно сымитировать и поэтому часто охотники перекликаются именно так. Ведь каждый знает, что услышать близко этот крик нельзя. Это самый безопасный клич.
Дальше они ели в основном молча. Стрела был в каких-то своих мыслях. А Максуд наслаждался вкусом жареного мяса. Ему нравились костры, нравился запах дыма, вкус приготовленной на них пищи. Много хороших воспоминаний всплывало в памяти. Максуда легонько коснулось чувство радости. Он ел улыбаясь. Стрела был таким человеком, с которым Максуду было комфортно молчать. Он не ощущал никакого напряжения.
Через час они уже были около казарм. Занесли поварам один мешок с мясом, а другой поделили поровну. Вечером Максуд со своими четырьмя сослуживцами нашел подходящее место неподалеку, и они жарили оленину на костре. Двух из них Максуд раньше не видел и только что познакомился, а еще были Латон и Трэвэль. Трое других из его отделения были на дежурстве. Получалось, что в комнате пустовало еще две кровати.
— Латон, надо было залаять тебе все-таки в столовой. А заодно и ногу ему откусить! — шутил Трэвэль.
— Нет, это Максуду надо было подправить ему мордашку той лапой. А что там у его тетушки еще осталось? — смеялся на это в ответ Латон.
