— Ничего не делай, просто расслабься и доверься нам, — прошептал Тимофей и продолжил нежно целовать мои губы.
При этом Никита всё так же прижимал меня к своей голой груди, обхватив руками талию.
Эта ситуация мне показалась невероятно пикантной, и внизу живота мгновенно потеплело, а от нежных мужских поцелуев я еще сильнее начала распаляться. И, положив руки на мускулистые плечи Тимофея, обняла его покрепче и уже сама с удовольствием втянулась в поцелуй.
Никита тоже решил не бездействовать и, наклонившись, начал посасывать кончик моего острого уха.
В этот момент мне показалось, что я получила микрооргазм. И замычала от удовольствия. Никогда не думала, что моё ухо может быть настолько чувствительным. Особенно его верхняя часть, тот самый кончик.
Тимофей же тем временем притиснулся очень близко, и я ощутила между ног его очень большое и твердое достоинство.
Он потерся головкой об мои нежные половые губы под водой, и я еще сильнее замычала ему в рот, отчего мужчина углубил свой поцелуй, заставив меня совершенно забыть обо всем на свете.
Я даже понять не успела, когда Никита подхватил меня под колени и полностью раскрыл перед своим братом, а Тимофей начал более интенсивно тереться об мою киску, заставляя меня вскрикивать всё громче и громче прямо ему в рот.
Когда нам обоим уже не хватало воздуха, Тимофей переключился на мою шею и грудь, при этом стянув с меня простыню.
Наклонившись, он захватил губами сначала один сосок, пососал его, слегка прикусывая, а рукой играл со вторым.
Другая же рука его была опущена вниз, ей он держал свой член и играл с моей киской. Только простыня мешала посмотреть на это зрелище, и я могла его лишь чувствовать.
К тому же я находилась в такой странной позе, что даже не могла толком никак отвечать, только лишь возбужденно всхлипывать, закатывать глаза от прошивающих всё моё тело искорок возбуждения и держаться за плечи мужчины.
Никита же держал меня под коленями, а губами и языком продолжал облизывать чувствительные кончики ушей то с одной, то с другой стороны.
А потом случился самый настоящий взрыв. Он как будто был внутри моего тела, но я даже не успела его остановить. Словно пробка от шампанского вылетела, радостные пузырьки наполнили всё моё естество, а затем разом все рванули.
Я закричала, а Тимофей прижался ко мне и в этот самый момент медленно начал входить.
Боль по сравнению с удовольствием была совершенно мимолетной.
Казалось, он растянул меня до основания, еще и целуя прямо в губы.
Подождал немного, когда я привыкну к его размерам, и начал медленно раскачиваться.
— Ах, — только и смогла сказать, когда он вошел полностью и я почувствовала, как наша плоть сомкнулась. Моя голая кожа и его мягкие волосы…
Тимофей опять остановился и внимательно посмотрел мне в глаза.
— Ты как? — спросил он, когда я смогла сфокусировать своё зрение.
— Всё хорошо, — улыбнулась я, почти не чувствуя боли, лишь легкий дискомфорт от растяжения.
— Неприятно? — это был Никита, он сидел сзади и, кажется, готов был в любой момент меня отдернуть от своего брата.
— Немного, — смущенно прошептала я, понимая, что оргазм уже схлынул. И да, удовольствия уже нет.
Да еще и они этим вопросами только сильнее меня смущают.
Тимофей очень медленно вышел из меня и, просто прижавшись своим горячим твердым членом к моим половым губам, прошептал мне в лицо:
— Можно я так кончу?
И потерся об мои чувствительные половые губы горячей головкой.
— Можно, — кивнула я.
— Я тоже хочу, — это был Никита. Он зашептал мне на ухо, при этом задевая губами чувствительный острый кончик: — Ты позволишь, Тая, если я тоже потрусь об твою попку? Обещаю, что не буду входить.
— Да, — пробормотала я, млея от наслаждения.
И я почувствовала, как мужчина меня приподнял в воде и своим членом уперся прямо в анальное отверстие.
— Не бойся, входить не буду, — сказал он, видимо ощутив, как я напряглась.
И я постаралась расслабиться.
— Здесь неудобно, давай ты встанешь, я Таю подержу, — это был Тимофей.
И Никита со мной на руках встал, шагнув с выступа, а его брат отступил назад.
— А это нам мешает, — сказал Тимофей, окончательно убрав простыню и откинув куда-то её в сторону.
А когда мужчины оба потеряли свои полотенца, я и не заметила даже.
Так братья теперь оба стояли, одной рукой меня держал Тимофей, обнимая за талию, а Никита придерживал второй рукой.
Мои ноги так и болтались где-то на высоте, а мужчины, сжав меня между собой и направив свои члены в мои дырочки, начали просто об них тереться.
Благодаря тому, что мы были в воде, я почти не чувствовала собственного веса, как будто качалась на волнах и ощущала лишь шумное дыхание мужчин, видела перед глазами мускулистую шею Тимофея и чувствовала, как братья головками своих членов трутся о мои самые интимные дырочки.
Я думала, что не смогу возбудиться, но эта поза и ощущения, что дарили мне мои истинные, вновь заставили меня забыть обо всем.
Они не входили в мои дырочки, но чем дольше они терлись об них, тем сильнее мне хотелось, чтобы они оба уже вошли полностью.
Оргазм нас троих настиг одновременно.
