– Дорогая, ну как же. Я о своем свадебном путешествии! – обижается мама. – Я понимаю, ты погрузилась с головой в учебу, и горжусь тобой. Мне даже позвонил декан, сказал, что ты молодец… Я так тронута была его звонком… Они уже нашли тебе работу после окончания. В отличной фирме. Ох, я очень, очень рада, детка. Лучше подарка для матери не существует…
– Спасибо, мам.
– Так вот, давай про мой отъезд. Я надеюсь, что вы с Келом поладите. Грегори говорил с сыном, и тот сказал, что никаких проблем, присмотрит за тобой.
– Мам, я взрослая и сама могу присмотреть за собой. Я ведь даже одна собиралась жить, помнишь? Но увы, мне пока это не по карману. Не думаю, что мы с Келом будем друг другу мешать. Дом большой. Мы можем и не видеться, – озвучиваю свое горячее желание.
– Мне хочется, чтобы вы стали настоящими братом и сестрой.
– Это вряд ли. Мы для этого слишком взрослые…
«И слишком сладок был поцелуй. Я никогда не смогу посмотреть на Кела как на брата», – добавляю мысленно.
– То есть, конечно, вдвоем вы не останетесь, приедет бабушка Грегори. Она будет заправлять всем в доме, ведь мы уезжаем так надолго, на целый месяц, – говорит мама.
С прабабушкой Кела мы так и не познакомились, она появится только на свадьбе. Но от разговорчивой Хильды я узнала, что характер у бабули не сахар. И что Кел совсем не в восторге от перспективы жить с ней под одной крышей. Ну, может, тогда он и не будет тут жить. Съедет к какой-нибудь своей любовнице… Не сомневаюсь, что они есть, и в большом количестве. С его-то красотой и харизмой…
Почему думать об этом так больно?
В животе словно еж ворочается, расправляя иголки. И бесполезно уговаривать себя, что все к лучшему, что избегать его – правильное решение… Сердце все равно ноет от тоски.
Я не могу успокоить мать. Мне самой неспокойно. Не представляю, как буду жить с Келом. Не хочу этого. И без него не могу, кажется…
– Может, мне попросить Николь пожить со мной? – приходит неожиданно в голову идея. – Думаю, она будет рада.
– Конечно! – радуется мама. – Отличная идея.
Еще один момент, который мучает меня, – не получается увидеть Зана. Сначала я и сама не очень-то рвалась ему звонить или писать. Но желание расставить все точки и объяснить, что мы больше не пара, начало давить на меня. Вот только в универе Зан не появляется. Пересилив гордость, подхожу к его другу Трою.
– Привет… Ты, случайно, ничего не знаешь про Зана? – спрашиваю смущенно.
– Ты это сейчас серьезно? – хмурит брови Трой.
– В смысле?
– Вы же встречаетесь. Парень четвертые сутки в больнице, а ты не в курсе.
– Что с ним?!
– Никто не знает.
– Он… ранен? Я не понимаю…
– Нет, он не ранен. На нем ни царапины. И все же явно кто-то напал на него. И напугал до чертиков… – еще сильнее хмурится Трой. – Как ты могла не знать? Вы что, поругались?
– Да… что-то типа этого.
– Разве ссора повод для такого равнодушия? – продолжает давить на меня парень.
– Слушай, я вроде не перед тобой должна отчитываться! – огрызаюсь обиженно.
Чувствую себя ужасно виноватой. Так переживала о поцелуе с Келом, уже втором поцелуе, но если первый раз голова все равно была в каком-то тумане и я мало что запомнила, то второй раз стоило только подумать… Как переворачивалось все внутри, сбивался сердечный ритм. Борьба с собственными эмоциями опустошала, я чувствовала себя уставшей, разбитой. Учеба, в которую погружалась с головой, тоже утомляла. Поэтому да, я не думала про Зана. Решила, что он до сих пор злится и избегает меня, и мне так было даже лучше. А сейчас раскаяние переполняет…
– Не ожидал, что ты такая стерва, – выплевывает Трой.
– Что с лицом, Эрика? – округляет глаза Николь, когда плюхаюсь рядом с ней, зайдя в аудиторию.
– Ничего, все в порядке, – отворачиваюсь.
– Да у тебя глаза на мокром месте! Пошли!
Николь тащит меня наверх, на самые последние места.
– Рассказывай, – шипит на меня тоном, не терпящим возражений.
– Только не на древней мифологии! – рявкаю в ответ. – Ты ведь знаешь, я пытаюсь ее на пять пересдать. Учитель Вайтер очень строгий и ненавидит, когда треплются на его предметах…
– Так он еще не пришел… В двух словах скажи! Я ж переживаю!
– Дело в Зане… Я думала, избегает меня, и, как назло, дни по предметам максимально загруженные были… Голову от учебников не поднять…
– Ты мне это решила рассказать, – ворчливо перебивает Николь. – Я окосела от зубрежки за эти дни…
– Нет, не об этом… Я про Зана. Он в больнице, оказывается… Ужасно… Я не знала, не звонила…
– Ну так и он не потрудился тебе сообщить. Разве удивительно, что ты ему не звонила? После того, как он с тобой…
– Да подумаешь, пара синяков, – фыркаю. – Дались они вам…
– Кому это вам? – сразу вцепляется в мою оговорку Николь.
– Никому… Кел заметил.
– И что?
– Да ничего.
– А что тогда как помидор покраснела?
– Отстань, пожалуйста!
– Оу, нет, теперь ни за что не отстану. Я думала, что малышка Эрика все это время зубрежке посвящала… А она…
– Николь, умоляю, не придумывай.
– Я не отстану! Про Зана мне уже не интересно, а вот про сводного твоего… Клещами не оторвешь, пока не расскажешь…
