- Это произошло в первый год старшей школы, - продолжаю, прежде чем самообладание покинет меня. – Я, как бы, поздно расцвела, поэтому только начала привлекать внимание некоторых парней нашей школы. Был один, в частности, в которого я была влюблена еще с детского сада. Мы учились в другой средней школе, а не в вашей. Во всяком случае, он дразнил меня довольно безжалостно в восьмом классе за то, что я умная, за то, что всегда ходила с альбомом. Но когда мы перешли в старшие классы, его поддразнивание сменилось флиртом. И мы начали, ну, тусоваться. Когда умерла моя мама, он все еще, вроде как, был рядом со мной. Мы не встречались, но вместе проводили много времени. Как-то ночью я пошла к нему домой, когда папа был пьян настолько сильно, что не мог выйти из дома ни на минуту. Его родители были в отъезде, поэтому мы остались одни. Он принес ликер из кабинета отца и предложил мне выпить. Сказал, что это поможет мне почувствовать себя лучше. Я выпила немного, но он предложил мне еще. Все подливал мне и подливал. И в итоге я напилась. Затем начал трогать, подталкивая к большему. До этого мы только целовались. И он попытался раздеть меня. Я сказала ему, чтобы остановился, к тому же была слишком пьяна, чтобы получать от происходящего удовольствие и желать продолжения. Но он не останавливался. Говорил, что заставит меня почувствовать себя лучше. Он был намного крупнее меня, а к тому моменту я уже была сильно пьяна. Пыталась сопротивляться, но во время борьбы потеряла сознание. А когда проснулась несколько часов спустя, то обнаружила себя обнаженной ниже талии. Он спал. В стельку пьяный. На бедрах осталось немного крови и... Ты знаешь… Кое-что еще. Я оделась, ушла домой и приняла душ. После этого мы ни разу не разговаривали. Единственный человек, кто в курсе случившегося, помимо тебя, - это Райли. Но мне нужно, чтобы ты знал. Для меня это очень важно.
Тяжелое, густое облако тишины нависает над нами, когда челюсти Эмерсона сжимаются от гнева.
- Тот парень, - говорит он, его голос срывается. - Это Такер. Не так ли?
- Да, - шепчу в ответ. - Да. Он.
- Эбби, мне жаль, - говорит Эмерсон. - Мне жаль, что это произошло с тобой. Жаль, что не было никого, кто смог бы помочь тебе. Если бы я знал…
- Что, ты избил бы его? – поддразниваю, пытаясь придать немного легкомысленности своей исповеди.
- Для начала, - решительно отвечает Эмерсон.
- Это бы ничего не изменило, - говорю ему. – Даже если бы я рассказала кому-то, никто бы мне не поверил. В итоге, ко мне бы приклеилось клеймо «лгущей шл*хи» в школе. С учетом его популярности и репутации семьи в городе... У меня не было бы шансов. Я бы предпочла покинуть это место и забыть о каждом из этих придурков, чем предоставить им удовольствие втаптывать меня в грязь.
- Я просто... Хотел бы сделать что-нибудь для тебя, - говорит Эмерсон. - Сделать что-то хорошее. Что угодно.
- Это довольно хорошее начало, - говорю ему, сжимая руку. – Знаешь. Мы не можем изменить прошлое. Но мы можем решить, каким будет наше будущее.
- Точно, - нежно говорит он, убирая волосы мне за ухо. – Ты права.
Небо только начинает светлеть над головой, и мы идем обратно. Скоро уже надо будет собираться в школу, нельзя забывать о реальности. Мы останавливаемся наверху лестницы, перед тем как разойтись по собственным комнатам. Эмерсон кладет руки на мои голые плечи и пристально смотрит на меня.
- Спасибо, что все мне рассказала, - шепчет он. – Для меня многое значит, что ты смогла довериться мне.
- Я доверяю тебе во всем, - отвечаю, беря его лицо в чашу своих рук. Поднявшись на носочки, быстро и искренне целую его. На этот раз он позволяет себя поцеловать.
Мы отходим друг от друга и скрываемся в наших комнатах. Когда падаю лицом в подушку, то, наконец, осознаю грандиозность всего, что произошло за последние 24 часа. Инцидент с ужином. Импровизированное свидание. И разговор с Эмерсоном. Большое объявление папы и Деб. Моя исповедь Эмерсону. Наше соглашение на мой восемнадцатый день рождения.
- Мужчины, - вздыхаю, уплывая в сон. - Мне бы лучше рассказывать Райли о случившемся постепенно, иначе она изведется. Окончательно.
Конечно, моя лучшая подруга испытывает изумление и восхищение, когда я рассказываю ей, что произошло со мной с тех пор, как мы разговаривали с ней в последний раз. Мы решили провести урок по физкультуре, устроившись на самом верху трибун футбольного поля, а наш учитель, махнув рукой, прекратил попытки заставить нас принять участие в занятии. Это хорошо, потому что визг, который издает Райли, когда я рассказываю ей о наших с Эмерсоном планах на субботу, такой силы, что от него могут лопнуть барабанные перепонки.
- Какого, бл*дь, черта?! - кричит она, проводя руками по своим черным кудряшкам. – Это уже слишком. В хорошем смысле. Где это произойдет? Что ты собираешься одеть? Что, если секс будет слишком хорош, и тебе придется сбежать с возлюбленным и врезать родителям за то, что они так облажались? Что, если…
