— Назад! — заорал Энди, подхватывая с палубы длинное древко — это был, конечно, не багор, а некая саркандская пика, отягощенная смехотворным флажком у наконечника. К счастью — достаточно удобная!
Все смешалось. Дым медленно сносило к близким береговым скалам, Энди сбивал и колол толкущихся саркандцев. Манки вертелась за спиной, пугая воплями и ножом вздумавших приблизиться врагов. Кто-то падал на палубу с флюги — похоже там тоже дрались — мелькнул юнга с топориком в руке, где-то сыпал латинской бранью Док. В победу по очкам верилось слабо: экипаж «Ноль-Двенадцатого» противостоял двум командам, а сейчас к сцепившимся судам подойдут еще три корабля со свежими, жаждущими крови саркандцами. Совершенно напрасно мартышка на борт запрыгнула…
— Прекратить безобразие! А ну, немедля расцепились, шмондюки позорные! — разнесся громогласный приказ с небес.
Все невольно задрали головы. Над безобразно сгрудившимися и практически выброшенными на камни кораблями проплывала внушительная темная тень. Судя по продолговатости знакомой, хотя и полузабытой формы — это был дирижабль, вполне известной Энди, патрульно-разведывательной модели «Ее Величества Морских Воздухоплавательных Сил „Скаут-2“». Откуда?!
— Что неясно?! — грозно вопросили с воздухоплавательного призрака. — Разошлись, говорю! Что за беспочвенный каннибальский милитаризм?! Маньяки одичавшие!
До Энди осознал, что первое впечатление было ошибочно. Это явно не британский дирижабль. С какой стати с борта воздухоплавательного судна Ее Величества станет орать в рупор сварливая дама, да еще излагая в столь странных формулировках?!
Продолжать сражение ни у катерников, ни у саркандских моряков особого желания не имелось. Почти все на сцепившихся судах были ранены, рубиться до смерти просто не оставалось сил. К тому же вмешательство практически божественного провидения…
Энди осознал, что они с Манки пятятся к рубке, а саркандцы, с ужасом поглядывая вверх на плывущую тень, перелезают к себе на флюгу. Все происходило в тишине, даже Гру, помогший перебраться через борт саркандцу с распоротой ногой, не издал ни звука. Кажется, битва действительно иссякла…
Предсказывать ход партии, упуская из виду шары на дальнем краю игрового стола — весьма неразумно. В проливе властно провыл боевой рог и в небо взлетели десятки стрел: подходили тыловые княжеские суда и с их палуб уже начали бесстрашный обстрел небесного аппарата.
— Вот, маму их ослиную… — отчетливо сказал воздухоплавательный рупор. — Да когда эта вонючая аристократия окончательно выродиться?! Князек тухлый. Ну, сам напросился…
Дирижабль заложил неожиданно резкий вираж и набрал высоту. Судя по струе пара — управляться стосильным «компадом» машины воздухоплавательного судна там вполне умели. Сейчас, когда дым развеялся, рассмотреть вытянутое тело дирижабля и компактную гондолу было проще. Бесспорно, стандартная военная модель, но обшивка корпуса пестрит разноформенными заплатками, да и перекрашена в необычный светло-серый, трудноназываемый цвет. Днище гондолы оказалось дополнительно бронировано металлическими накладками. На корме пустотелой «сигары» красовался непонятный символ: что-то вроде разорванного овала.
— Ух, это что за летучая дыня? — прошептала Манки, утирая слегка разбитый нос.
— Дирижабль, — пояснил Энди, машинально протягивая обезьяне тряпицу «носового платка».
Команды — и катерная, и обе смешавшиеся саркандские — зачарованно наблюдали за разворачивающимся немыслимым боем. Вообще-то, даже самому Энди было трудно поверить что здесь, в безымянном озерном проливе происходит столь странная схватка глубоко чуждых эпох.
Меж тем, дирижабль действовал решительно — его опытный пилот вызывал искреннее восхищение. После безукоризненного маневра воздухоплавательный аппарат вышел на пересечение курса головной флюги, резко клюнул носом — куда-то запропастившийся гребец наверняка бы именовал данную фигуру пилотажа — сомнительным французским словечком «пике». От гондолы оторвался небольшой снаряд, сопровождаемый кратким рупорным ругательством. Насколько мог судить Энди — бомбометание было выполнено идеально. Снаряд угодил в трюм за мачтой флюги, чуть ближе к корме. На дирижабле разразились торжествующим лаем — издеваться там явно умели…
Энди, иной раз вспоминавший, что он не только человек-с-Болот, но и выходец из прогрессивного XIX века, ожидал вспышки, взрыва, клубов пламени и кусков разорванных человеческих тел. Ничего подобного — попадание не дало ни малейшего эффекта. В первые мгновения. Но чуть позже команда флюги с поистине нечеловеческим воплем покинула судно. Энди вообще не мог представить, что прыгать за борт можно с такой скоростью. И катерники, и участвующие в абордажном бою саркандцы, смотрели на происходящее, открыв рты и тщетно пытаясь осознать суть. Потом сцепившиеся суда накрыла волна вони…
— Какой ужас! — Магнус зажал ладонями окровавленный нос и рот.
