Во дворе уже играет живая классическая музыка. Папик нанял целый оркестр. Ведущий объявляет, что «очаровательные дети» сейчас станцуют для гостей вальс. Сам он очаровательное дитё. Нам что, по пять лет??
— Змеевский, мы должны это сделать, — шепчет Элька.
— Что? — спрашиваю так же шепотом.
— Станцевать.
— А я думал…
Переспать. Ну подумаешь, не угадал. Я бы не отказался вернуться в комнату и продолжить начатое. Но… Имел я эту свадьбу, я уже говорил? Обязательно втягивать нас в свою развлекательную программу? Есть профессиональные танцоры, почему не нанять их? Достало всё!!
Резко притягиваю Эльку к себе за талию. Возмущенно распахивает глаза. Да, детка, я очень сердит. А на эмоциях я всегда всё делаю хорошо.
Уверенно веду за собой Эльку, поднимаю руку, она крутится вокруг нее. Платье красиво развевается. Гости аплодируют. Но ещё не конец. Вполне могу что-нибудь отчебучить. Например, согнуть её в талии и поцеловать. Представляю, как взбесится мой фазер и ахнет её маман. А гости? Будут кричать: инцест?
Даже смешно. Захочу — поцелую. И никто мне не указ.
Музыка заканчивается, и на последнем аккорде я действительно вынуждаю Эльку прогнуться в спине. Наклоняюсь к ней и смотрю на ее полураскрытые губы. Она наблюдает за мной широкими глазами. Прогиба не было в программе обучения и на репетициях, это моя личная инициатива.
— Змеевский, не смей, — испуганно шепчет, пытаясь спасти нас от ошибки.
Гости в напряжении застыли, я неприлично долго держу Эльку на весу.
Наконец поднимаю её, и народ в облегчении рукоплещет.
Надо было всё-таки засосать её забавы ради…
Змей сошёл с ума. Я реально думала, что он поцелует меня у всех на виду. Я ещё не отошла от событий, произошедших в его комнате, а тут новая подстава. Хорошо, что он закрылся на ключ, иначе его папа застукал бы нас в весьма неприличной позе. Змей лежал на мне и терзал мои губы.
До сих пор ноги ватные. Как мне удалось станцевать вальс не упасть? Наверное, потому что он держался уверенно. Если бы Артем был расхлябанным, мы бы опозорились. А так, все прошло отлично, даже лучше, чем можно было предположить. Кроме концовки.
Когда Змей держал меня за талию, наклонившись ко мне, я отчетливо видела, как на лбу его отца выступил пот. Думаю, он сделал это специально, чтобы позлить его и отомстить за принуждение к танцу. Только вот инструментом мести выбрал меня, гад!
Теперь можно выдохнуть. Всё позади.
Ищу глазами Дину, она уже должна была прийти и слиться с толпой. Телефона у меня с собой нет — некуда класть.
— Кого высматриваешь? — спрашивает Змеевский.
— Дину.
— А что она здесь забыла?
— Я пригласила.
— Ну, пойдем, поищем твою подругу.
Обходим сад, кто-то здоровается с нами, кто-то просто улыбается. Артем хватает два бокала шампанского и один вручает мне.
— Я не буду, — вяло сопротивляюсь.
— Всё равно уже проиграла. Так что пей.
Хочу спросить про поцелуй, но пока духа не хватает обсуждать эту тему. Губы всё ещё печёт после него. И помаду мою съел…
— Эль! — машет мне рукой Дина и пробирается сквозь толпу к нам.
На ней маленькое черное платье. Волосы на висках подобраны двумя заколками.
— Привет, Динка-невидимка, — лыбится ей Артем.
— Привет, Артем. Я видела ваш танец. Вы молодцы! Только… что это было в конце?
— Аа, это интрига типа, — отвечает Артем.
— Я думала, что вы поцелуетесь.
Угу, мы уже. Только наедине. Господи, как горят губы. Он перцем что ли обмазался? Сладким перцем.
— Такова задумка нашего учителя, — брешет Артем и разводит руками.
Его это опасная задумка. Почему он красивый такой? Хочу растрепать ему прическу, вот прямо сейчас. Но меня не правильно поймут.
— Ваш учитель шалун. Вы же брат и сестра.
Мы с Артемом одновременно морщимся от этой фразы.
— Вы даже похожи, — продолжает нести чушь Дина.
— Как свинья на ёжа, — добавляю я.
— Чур я — ёж, — говорит Артем.
— Ну уж нет. Ты — свинья.
— Кто бы говорил.
— Опять спорите?? — влезает подруга. — Между вами даже искры летают.
«Чаво»? Какие искры? Мой взгляд падает на руку Артема, и я замечаю, что волоски на ней встали дыбом. Может, и правда что-то летает тут такое?
Смотрю на свою руку, картина та же — стоящие волоски.
Блин, ну точно полыхает.
То-то я думаю, почему в его присутствии так жарко.
— Эля, электрическая моя, — издевательски шепчет мне на ухо Змей, пока Дина отвлекается на официанта, прося у него сок.
— Ага, трансформаторная будка.
— Не влезай — а то убьёт.
— Вот и не влезай больше.
— Это трудно. Меня возбуждает опасность, — быстро проводит языком по моей шее.
Да что он творит ненормальный? Увидят же!
— Держи свои сексуальные фантазии при себе.
— Это тоже трудно. Так хочется с тобой ими поделиться.
Дина слышит последнюю фразу и говорит с улыбкой:
— Со мной поделись.
— Как-нибудь потом, малыш.
Малыш?? Ну конечно. Только меня можно обзывать по-всякому.
Змеевский подмигивает Дине и сваливает, оставляя нас наедине.
— Эль, что между вами происходит? — смотрит на меня испытующе.
— Бесит он меня.
— А мне кажется, что наоборот — нравится.
— Тебе кажется, — вру.
