Привыкший к дальним переездам Ив даже не замечал ложившихся под копыта коня километров, а Тони под конец пути ощутимо устала. Поспать толком не получилось даже в уютных объятиях Ива, жёсткое седло и мерная тряска не способствовали расслаблению. Она пересела на свою лошадь ближе к вечеру, чтобы взбодриться, несколько раз пускала её галопом, но Ранкур отметил морщинки в уголках губ и опущенные плечи. Однако юная герцогиня мужественно держалась, не жаловалась, как в глубине души опасался Ив, и даже пыталась улыбаться, когда он на неё смотрел. После захода солнца она стала с нетерпением поглядывать по сторонам, невольно поближе подъехав к Иву, и во взгляде Антонии он то и дело подмечал тень беспокойства. Видимо, ещё свежи были воспоминания о недавнем первом путешествии за пределы Реннары.
— Не волнуйся, я почувствую, если будет какая-то опасность, — заверил он жену. — Пока всё спокойно, и мы скоро приедем, недолго осталось.
— Хорошо бы, — пробормотала Тони, кивнув.
Уже совсем стемнело, и девушка ни на шаг не отъезжала от Ива, ещё и ухватив его за руку и вцепившись в неё мёртвой хваткой. К счастью, впереди появился долгожданный постоялый двор — трёхэтажный дом с уютно светившимися окнами, двором, огороженным крепким и высоким забором, и Тони радостно вскрикнула, увидев место их ночёвки. Они въехали в широко распахнутые ворота, к ним тут же подбежал крепко сбитый, бородатый конюх.
— Приготовь к завтрашнему утру, — Ив бросил ему несколько монет, и мужичок с поклоном увёл их лошадей.
Они же направились к крыльцу. Внутри было шумно и людно — на ночлег размещалась компания торговцев, отряд наёмников, и просто путников тоже хватало. Тони прижалась к Иву, опустив взгляд и снова ухватившись за руку. Герцог же вовсе обнял супругу, давая понять всем, посмотревшим в их сторону, что за неуместный интерес к своей женщине рискнувший здоровьем получит серьёзный вред этому самому здоровью. Меч в потёртых ножнах внушал уважение, а также крепко сжатые челюсти и прищуренный взгляд голубых глаз Ива. Он остановился у стойки и выложил несколько монет:
— Комнату для меня и моей жены, ужин на двоих и горячую воду, — кратко объявил он требования, и дородная хозяйка поспешно кивнула, спрятав деньги и положив вместо них ключ с номером их комнаты. Обернувшись к Тони, Ив добавил. — Пойдём.
Задерживаться в общем зале они не стали, к облегчению девушки, и вскоре дверь их спальни на эту ночь закрылась, отсекая лишний шум. Тони с тихим стоном растянулась на стёганом покрывале на широкой кровати и прикрыла глаза, раскинув руки.
— Давно не ездила верхом на большие расстояния, — пробормотала она и вздохнула. — Раньше могла по полдня носиться по поместью…
— Ничего, завтра полегче будет, а к концу недели уже приедем, — утешил её Ив и присел, осторожно стянув с изящной ножки сапог, потом второй. — Завтра поедем, как проснёмся. Переворачивайся, — скомандовал вдруг Ранкур, выпрямившись.
— А? — Тони с удивлением посмотрела на него, подняв брови.
— Если не разомну тебе сейчас мышцы, завтра не сможешь сесть в седло, — объяснил Ив и встряхнул кистями. — Я осторожно, — пообещал он. — Снимай рубашку.
Тони послушалась, и вскоре уже шипела и постанывала под сильными пальцами мужа, разминавшими уставшие мышцы. Болезненные ощущения разогнали сонливость, и к моменту, когда принесли их ужин, Антония временно взбодрилась. Пока они ели, им натаскали горячей воды в большую деревянную лохань, и после сытного ужина наконец настало время смыть с себя дорожную пыль. Конечно, делали они это вдвоём с Ивом, и разомлевшая Тони с удовольствием позволила герцогу лично заняться помывкой её расслабленного тела. Откинувшись спиной ему на грудь, девушка прикрыла глаза и чуть не мурлыкала от удовольствия, когда губка нежно скользила по коже, стирая грязь и пот. Кажется, Антония готова была уснуть прямо здесь… Как её вытаскивали, вытирали и укладывали на кровать, она помнила уже очень смутно, а вскоре уютно сопела, свернувшись калачиком под одеяло и привычно уткнувшись в бок Иву.
А вот утром, когда Ив, проснувшись раньше Антонии, спустился вниз заказать завтрак, его ждал не слишком приятный, если не сказать больше, сюрприз. В пустом общем зале за одним из дальних столов сидели несколько мужчин в неприметной одежде, но цепкий взгляд Ива сразу заметил и гордую осанку, и прямые спины, и надменные, скучающие выражения на породистых лицах. Аристократы, точно, хотя по скромным одеяниям не скажешь. Может, специально едут инкогнито. Ив уже спустился с лестницы, собираясь отправиться на кухню, как вдруг вздрогнул и замер: от путешественников пришла отчётливая волна раздражения, нетерпения, и откуда-то у Ранкура появилась уверенность, что все эти эмоции имеют отношение к нему. «Бред», — мысленно фыркнул он и решительно отвернулся от странных путешественников. Однако сделал всего несколько шагов, как его окликнули:
— Ив де Ранкур?
