В четверг Северус решил пройтись по Хогвартсу после отбоя, прекрасно зная, что именно этот вечер обычно выбирали студенты, желавшие пронести в школу алкоголь через потайные ходы. В замке царила подозрительная тишина, не предвещавшая ничего хорошего. В холле и недалеко от кухни декан Слизерина обнаружил тающие купола тишины. Исчезающая ступенька на лестнице мигала, давая понять, что недавно кто-то выдернул из нее ногу. Но нарушители оказались ловчее и успели осуществить задуманное за считаные минуты до появления профессора.
На втором этаже тихо и заковыристо ругался Филч. Привидение из женского туалета подвывало, в коридор волнами прибывала вода. Завхоз водил из стороны в сторону своим забавным агрегатом, который с булькающим звуком втягивал в себя лужу.
Альбус все еще надеялся узнать, кто презентовал Филчу его уже легендарный пылесос, который старшекурсники Слизерина обозвали Проглотителем Вещей, но завхоз молчал и легилименция не помогала. Снейп ждал, когда директор обратится к нему за Веритасерумом, и готовился торговаться до последнего. А вот Филиус и Помона верили, что к артефакту приложил руки Поттер-младший, и после рождественских подарков Северус склонен был с ними согласиться, но никто из троицы деканов не собирался сообщать о своих наблюдениях Дамблдору.
Проверяя четвертый этаж, зельевар не без удивления обнаружил свет, проникающий в коридор из дальнего пустующего класса. Уже готовый рвать, метать и снимать баллы, Снейп ворвался в помещение и замер на пороге.
На полу перед массивным старинным зеркалом на коленях ползал Поттер. Перед ним были расстелены несколько длинных свитков пергамента. И на них мальчишка увлеченно что-то вырисовывал, орудуя разбросанными по полу цветными карандашами.
— Поттер! — рявкнул профессор, в два длинных шага подходя к мальчику и нависая над ним. На свитки пергамента упали длинные пугающие тени.
— А? — на миг оторвавшись от своего занятия, отозвался мальчишка и взглянул на Северуса. В свете Люмоса сверкнул причудливый монокль, составленный из нескольких тонких цветных пластин, каждая из которых была заключена в латунную оправу.
— Отбой был час назад! — хмуро сообщил Поттеру зельевар.
— Правда? — расслабленно улыбнулся рейвенкловец, сдвигая в сторону почти все пластинки, кроме одной, в которой правый глаз Поттера казался в два раза больше, а радужка фосфоресцировала зелеными, белыми и золотыми точками.
— Что вы тут делаете, Поттер? — потребовал ответа декан Слизерина.
— А?
Поттер вернул цветные стеклышки на глаз и снова склонился над пергаментами, вырисовывая линии, завитки и испещряя все свободное пространство рунами, трансфигурационными символами и совершенно незнакомыми Северусу значками.
— Поттер! Я сейчас сниму с вашего факультета сотню баллов! — пригрозил зельевар.
— О… — глянув на зеркало, а потом на профессора, выдохнул подросток, а потом попросил: — А можете вот тут встать?
Мысленно костеря себя, Снейп шагнул в сторону.
— О, идеально! — воскликнул мальчишка.
Глянув вниз, мужчина увидел, что носком ботинка придавил норовивший свернуться пергамент.
— Поттер, — холодно выдохнул зельевар.
— Смотрите, профессор, — с довольной улыбкой сказал Гарри, указывая на свитки.
Северус вынужденно присмотрелся. Больше всего нарисованное напоминало большого осьминога, щупальца которого извивались по листам, кое-где почти пересекаясь.
— Потрясающий образец совмещения артефакторики, анимансии(3), некромантии, магии иллюзий!‥ — затараторил Поттер. — О! Работа хорошего мастера. Тонкая работа! И не скажешь, что зеркало не такое уж и старое!
— Что? — опешил Снейп и перевел взгляд на зеркало.
— Да, да, — покивал мальчишка. — Очень качественная стилизация оформления под готический стиль, но кое-какие плетения… Вы только посмотрите вот сюда!
Поттер ткнул в кусок схемы слева от себя, где петли и завитки укладывались в весьма симметричный рисунок, напоминающий перевернутую лилию. Рунные цепочки, выписанные свернувшимися в кольцо змейками, заполняли пустоты между линиями.
— Весьма изобретательно, но некоторые специфические ходы для закрепления действия тех или иных чар придумали только в восемнадцатом веке, упростив более сложные и трудоемкие приемы, — пояснил мальчишка. — Но!‥ Изобретательно! Очень необычно и изобретательно! Видите вот эту часть? — Поттер указал на правую сторону свитков, где среди рун и линий мелькали пробелы и проставленные черным карандашом знаки вопросов, и восторженным шепотом поделился: — Я ее вообще не понимаю!
— Поттер, — не выдержал Снейп. — Хватит заговаривать мне зубы! Вы прямо сейчас должны быть в башне своего факультета. За нарушение правил я снимаю с Рейвенкло тридцать баллов! Немедленно собирайте ваши вещи — и прочь отсюда!
— Ага, — кивнул мальчишка, но не встал, а продолжил переносить на пергамент что-то понятное ему одному.
— Поттер!
— Сейчас.
Северусу очень хотелось вздернуть парнишку на ноги за ворот мантии, но строгий преподаватель боролся в нем с увлеченным исследователем. Зельевар и сам порой настолько уходил в работу, что мог и Бомбарду в нескольких футах от себя не заметить.
