Народ не любил нынешний режим но все же он его сравнивал. Сравнивал с тотальной разрухой, голодом и разгульным бандитизмом начала 90х. И, сравнив, терпел. Президент подновленный ботаксом, и вся его вертикаль власти, были чем-то вроде постылой нелюбимой жены. Недостатки который вроде очевидны, но ведь… худо бедно кормит, худо-бедно греет постель. А сменить, – будет ли новая лучше? Режим эту точу зрения педалировал и поддерживал всемерно – была создана оппозиция по принципу "цирк уродов". Глядя на которую перед каждыми выборами народ крестился, и думал: – "нет уж, лучше прежний чем вот такие мурла у кормила, – в стране слепых и одноглазый король". Постылый президент побеждал. Иногда впрочем постылому президенту давали отдохнуть, на его место запускали такого феерического идиота, что народ опять же проникался к прошлому симпатией. И трудно было обвинять народ, переживший девяностые, что он держится за стабильность, куда бы она не вела. За стабильность, платой за которую будет гибель их собственных детей… Неприятные и опасные решения всегда хочется оттянуть. Но время шло неумолимо. И за пределами страны первые игроки готовились серьезно перетряхнуть мир, чтобы и в новых условиях сохранить свои привычные ведущие места.
Большая и сильная Россия была никому не нужна. Наоборот, – нежелательна и опасна. Самым милым вариантом было бы иметь на месте России несколько среднеразмерных государств с написанной для каждого из них древней десятитысячелетней историей, взаимных угнетений и обид. Эти наследники древних претензий, которые постоянно грызлась бы друг с другом и бегали за "справедливостью" к мировому имперскому гегемону, как некогда удельные князьки бегали в Орду. Россию нужно было добивать, и ключами к её падению было все две трехбуквенных абривеатуры: – ВТО и ПРО. Всемирная Торговая Организация, после того как Россия в неё вступила, в кратчайшие сроки добила остатки российских производств, как технических так и продовольственных. После этого оставалось только перекрыть на совсем небольшое время поставки продовольствия в Россию из-за рубежа. И Россия, теперь уже зависимая от них полностью, сперва скорчилась в муках голода, а потом выплеснулась на улицы. Никто из силовиков не хотел драться со своим народом за постылевшую власть, как она – власть – ни призывала всех сплотиться в охране результатов ограбления народа. Режим кончился буквально за несколько ночей.
Теперь пришел черед растаскивать лишившуюся централизованного управления страну. Для этого нужно было только грамотно разыграть давно подготовленную националистическую карту. Улицы захлестнули националисты под флагами всех мастей. Держава расходилась в лоскуты. В центре, овеваясь черно-желто-белым флагом, под лозунгами "хватит кормить нацменов" и "Россия для русских", оформлялась независимая "Центророссия", примерно в границах древней Московии. На окраинах наоборот, радостно сбрасывали "вековое имперское ярмо". Польша со слезами умиления готовилась принять под крыло блудные литовские и белорусские земли. С севера крепла нерушимая угро-финская дружба, и великая Финляндия прирастала за счет карелов и меря, совместно с Эстонией окончательно перекрывая Балтику. Сибирская республика вставала на дыбы, как и медведь на её флаге. И Дальневосточная Республика поднималсь, обретая кровь и плоть. О еще меньших деятелях, вроде бегавших по Санкт-Петербургу ингермаландцах, которые грезили свободной экономической Северной Пальмирой, и о многих других, можно и не упоминать. Всем этим новым образованиям предстояло наконец вдохнуть воздух свободы и независимости ото всех… кроме, естественно, нового хозяина.
На случай, если во время смуты и перекраивания границ какой-нибудь местный русский папуас решил бы запустить ржавую советскую межконтинентальную ракету, план раздела страховала новая ПРО, развернутая у российских границ. Конечно был риск, что все-таки какая-то ракета прорвется. Но риск приемлемый, теперь уже вполне приемлемый, соотносительно профита. Да и кто мог отдать приказ на запуск, если не было внешнего вторжения, и все рушилось своими руками?
