— Это замечательно! — радостно вскрикнула Амала, вкладывая листок обратно в конверт. — Скоро мы должны быть готовы, девочки. Это очень важный день, поэтому, работаем усердней.
Я посмотрела на всех с грустью. Уровень этих учениц намного выше. Отточенные движения ног, рук и тела. «Мне никогда не достичь такого мастерства. Оно мне и не нужно. Сцена не для меня», — злилась я.
— И что же мы стоим? — говорила Амала мне. — Или ты передумала?
Как и просила Амала, я вставала рано каждое утро, что бы помогать на кухне. Нарезала картофель, лук и томаты. Так как индусы не едят хлеб — не то, что русские, заедают супы большими кусками ржаного хлеба, — мне пришлось научиться делать индийские лепешки. Раскатывала круглые пласты тонко и обжаривала с двух сторон до золотистой корочки. К ним готовила соусы. Получалось не с первого раза, как хотелось.
Прошло несколько дней, как я гостила в доме Амалы. Мы стали маленькой, но все же семьей. И поэтому, слово «гостила», лучше заменить, на «жила». Она относилась ко мне, как и к другим, ничем не обделяла. Где-то ругала, а где-то хвалила. И мне это нравилось.
Половину ночи я не могла уснуть. И пока все спали, вышла во двор, что бы понаблюдать за звездным небом. Сидела на скамье и смотрела в небо, размышляя над тем, зачем я делаю все то, что делаю сейчас. Наверное, многие меня просто не поймут. Я бы вернулась домой и рассказала правду, но где гарантия, что после этого меня не убьют? Наверное, поэтому я и не звонила Эмми. Лучше, чтобы никто не знал, где я нахожусь.
А когда время пробило пять часов, поспешила на кухню, что бы приготовить завтрак. Аккуратно разложила на тарелки отварной рис и овощи. Поставила чайник с водой на огонь, что бы заварить ароматный имбирный чай. Окинув взглядом все приготовленные блюда, улыбнулась. Да, я настоящая индийская женщина!
— Ты тоже поедешь. Будешь помогать девочкам с одеждой и украшениями, — уверенный тон Амалы заставил меня напрячься. Заметив мою растерянность, та спросила: — Какие-то проблемы?
Я отрицательно покачала головой. Конечно, нет. Мне придется выйти из этого убежища и, возможно, вновь встретиться с Кришной. Но отказаться нельзя. Я впряглась в эту телегу и теперь должна везти ее до конца.
Прибыв к месту проведения праздника, труппа Амалы вышла из авто. За ними не спеша шла я, осматриваясь вокруг: нет ли где рядом Кришны. Прикрывая лицо прозрачной тканью, прошмыгнула в комнату, где стояли вешалки, зеркала и стулья.
— Готовимся, девочки! — воспитательским тоном произнесла женщина и два раза хлопнула в ладоши. А потом обратилась к помощнице: — Можешь расслабиться и убрать это со своего лица. Помоги девочкам одеться.
Я, вдруг, поняла, что все еще прикрывает лицо и улыбнулась. Сняв ткань с головы, поспешила на помощь к девушкам. Звон украшений и шуршание одежды заполнили все пространство комнаты. Ученицы бурно обсуждали чью-то помолвку. За дверью, в большом зале ресторана собирались гости. Я приоткрыла дверь и с интересом наблюдала за суетой.
— Как много людей, — прошептала одна девушка возле моего уха.
— Угу, — тихо согласилась вторая за спиной.
— Как много роскоши, — заметила третья богато одетых гостей.
— Почему вы еще не готовы? — раздался голос Амалы.
Я изредка выглядывала из комнаты. Мне не были интересны гости, я наблюдала за выступлениями. Под звуки музыкальных инструментов звенели бубенцы на ногах танцовщиц, что тоже являлись неким музыкальным инструментом. Представляла себя сейчас там, в центре зала. Переживала за каждую, чтобы не оступилась и не упала.
Когда все девушки вошли в комнату, и дверь закрылась, послышался стон. Одна из девушек, прихрамывая, села на стул и завыла. Оказалось, что она подвернула лодыжку и дальше выступать не сможет.
— Что же делать, госпожа Амала? — заныла Риту.
Амала, расстроено встала у окна и задумалась. Такого никогда не случалось раньше. Не с ее ученицами. В зале много гостей и всем понравилась танцевальная программа. Неужели, сейчас придется все отменить? Но Риту…
— Тебе придется выйти, — твердо заявила Амала. — Ты же хотела выступить сольно со своим танцем.
— Но с больной ногой ей не выступить, — заговорила одна.
— Ничего не поделаешь.
Риту с трудом, но сделала пару шагов к двери, а затем опустилась на пол. Амале пришлось самой выступить вместо Риту, и вернулась она расстроенной. Никто из учениц не хотел выступать без ведущей. Без той, которая начнет и поведет других. Женщина, подойдя к окну вновь, тяжело вздохнула, прося помощи у Бога. И тут, в отражении стекла она увидела грустное лицо Таси. «Это провал!» — подумала Амала и, развернувшись, посмотрела на нее недоверчивым взглядом. Риту встала. Не пройдя и двух шагов, чуть не упала.
Я подхватила девушку под руку.
— Надень это, — приказным тоном сказала Амала мне и протянула красивый красный наряд, обшитый золотыми нитями и украшенный камнями.
— Что?! — я испуганно подняла взгляд на женщину и замотала головой. — Нет, Амала, я не могу это сделать. Я же не танцую. Нет!
