– Только сначала скажи мне, ты что – голодный? Чего ты на столе делаешь?
Рори всем видом давал понять, что мой допрос несвоевременен. Коробка занимала все его внимание. Он обежал вокруг еще пару раз в поиске слабых мест и снова покусал крышку за особенно привлекательные бока.
– Это вообще-то моя коробка. И все, что в ней, тебе вряд ли нужно. Ну, разве что, выменивать будешь снова на еду. Но я тебя предупреждаю – ничего я отсюда менять не буду, понял?
Когда я открыла коробку, Рори нетерпеливо запустил в нее нос и, недолго думая, залез целиком.
– Представляю твое разочарование. – Я подперла голову запястьем и вздохнула.
Крыс самозабвенно зарылся в пакетики с бисером и камушками, попробовал на вкус проволоку и несколько пакетов, за что получил нагоняй. Но разочарованным не выглядел.
– Ну, что думаешь? – спросила я его зачем-то, когда он вылез.
Рори встряхнулся и принялся чистить морду с энтузиазмом. А я запустила пальцы в содержимое коробки, вытащила несколько пакетов и разложила на столе. Показалось, что у меня даже есть подходящие по цвету бусинки для ремонта ошейника. И правда – подобрать их действительно оказалось возможным.
Рори с любопытством следил за мной.
– Интересно, а ошейник у тебя был заговоренный? – бросила я на него взгляд, храбрясь.
Передо мной на столе легла пачка с иглами. Но ее-то вытащить было несложно. А вот иглу из пачки – та еще задача. Я тяжело сглотнула и попробовала подцепить ее ногтем. Получилось. Но только придавить и потянуть за оставшийся набор, а вот сомкнуть пальцы на игле не выходило. Когда раздался тихий чих, я вздрогнула.
– Ты чего? Простыл? – прошептала я, взглянув на Рори.
Тот недовольно напыжился, принимаясь умываться.
– Нет, я не смогу, – выпрямилась я и перевела взгляд в окно. – У меня руки болят… – Я снова глянула на Рори. Тот внимательно слушал мое нытье. – Меня Сволочь вчера в ванной уронил…
Я вздохнула и закусила губы, чувствуя, как снова вспыхивают щеки. Просто, чтобы не убить меня в ванной, Сволочь хватал меня за все, что подворачивалось, и в итоге я оказалась у него в руках, прижатой крепко к его груди совсем голышом.
– Поедешь со мной? – рассеяно предложила я и тяжело сглотнула, пытаясь переждать душное смущение. – Ну, потому что надо съезжать…
Рори замер на мне немигающим взглядом, будто пережидал приступ моей крайней тупости.
– Ну что? – возмутилась я, всплеснув руками и едва не смахнув при этом коробку. – Это уже вообще ни в какие ворота! Голышом, блин, вешаться Сволочи на шею! Мы так долго не выдержим. Он потом будет… ну… с женщиной какой-нибудь на свидании… раздевать ее в ванной, а вспоминать меня. Заржет еще невпопад!
Рори снова чихнул, будто прыснул.
– Очень смешно!
А вот Сволочи вчера было совсем не смешно. Мы с ним оба как-то растерялись с этим мылом… Как школьники, блин. Вернее, это я вынуждала Сволочь попадать в неловкие ситуации, от которых потом не знаешь, куда глаза спрятать. Нет, со всем можно уже как-то притерпеться. Но с ванной, мылом и…
Я спрятала горящее лицо в прохладных ладонях и рывком втянула воздух. Просто все это было как-то неправильно. Меня же…
– Меня не раздевали никогда, – прошептала я Рори доверительно и оглянулась на клетку, в которой спал Реми. – Ну, мужчина, в смысле. Я думала, что это должно случиться как-то по-другому. А все вышло как-то не так. И раздевает теперь меня Сволочь, чтобы помыть. Понимаешь?
Рори принялся чесаться, обесценивая мой доверительный монолог.
– Я тебе о личном, а ты, – вздохнула я. – Нет, конечно, если ты – крыса, то это не значит, что твоими ушами можно безвозмездно пользоваться без спроса…
На слове «безвозмездно» крыс заинтересованно принюхался.
– Ну, что ж, справедливо, – вздохнула я и направилась к холодильнику. – Я читала, что тебе нельзя соленое, и сладкое нежелательно… Будешь творог?
Творог Рори принял благосклонно. Я разделила порцию с Реми и вернулась за стол.
– Так вот, – продолжила, – о чем мы говорили? А! О том, что нам надо все же как-то объяснить Сергею, что так жить не вариант.
Пока Рори наслаждался заслуженным угощением, игнорируя мое «нам», а я жаловалась, иголка вдруг обнаружилась в пальцах. Я даже какое-то время уже крутила ее перед глазами, не придавая значения.
– Рори, – прошептала, когда меня осенило. – Иголка! Получилось!
От моего громкого восторга крыс вцепился в стол, испугавшись, и я поспешила извиниться и попробовала аккуратно его погладить. Ему не понравилось. Он увернулся и неприязненно сморщил морду: «Руки прочь».
– Какой недотрога, – проворчала я.