Народ, застигнутый моим приступом злости в коридоре, прижался к стенкам и спрятал глаза кто куда – кто в мобильник, кто в информационные бюллетени на стенке или просто в пол между ботинок.
– Серег, – окликнули меня осторожно сзади, и я обернулся. Мне махала рукой Северина, высунувшись из своего кабинета. – К тебе можно обратиться?
– Конечно, – стушевался я и направился к ней.
– Серег, а крыски мои?.. – сложила она руки в умоляющем жесте. – Помнишь, про флешку?.. Ты предположил, что обменяться с крысками можно попробовать…
– А… – смутился я, – Север, я забыл. Но мы их не отдаем никуда, уже решили все. Клетку купили. – Я вздохнул, выравнивая дыхание. Чертова Инна! – Придумаю, как выудить их…
Стало неприятно от понимания, что я наврал Феньке. И не только с крысами. Еще и с медовым месяцем чуть не подставил.
– Слушай, – Севера втянула меня в кабинет. – Ты правда уходишь? Инна довела совсем?
– Все к тому идет, – нахмурился я.
– Вот же! – топнула девушка ногой и уперла руки в боки. – Ну как так можно?! Ты тут работаешь уже столько лет!
– Все нормально будет, не переживай. – Я тронул плечо девушки и коротко улыбнулся. – Говорят, все к лучшему.
– О, Демидыч! – заглянул в кабинет наш главный следователь.
– Таймыр, – протянул я ему руку.
– Ищу тебя, – кивнул он на двери. – На пару слов? Заодно и находки глянешь.
Я шагал за главследом на улицу, пока он докладывал на ходу:
– Прочесали мы лес с раннего утра, – начал он, вытаскивая сигарету. Судя по его камуфляжу – Таймыр лично копошился в «ведьмином» лесу за домами, в который не пустил меня вчера Данияр. – Странно, что у наших раньше не возникла эта мысль…
– Ну так дело едва не закрыли, все же вроде как сошлось, – заметил я нетерпеливо. – Что там?
– Там интересное, – указал он на УАЗ на парковке.
Около машины стояли ребята из его отдела. Они приветственно кивнули, когда мы подошли. Один открыл багажник и отошел в сторону.
Я, конечно, поспешил себя раскритиковать, говоря, дело мы едва не закрыли. Теперь, глядя на новые улики, дело нужно было открывать заново.
Я вытащил мобильник и позвонил Данияру:
– Подойди на парковку к машине следственного… И Северу прихвати.
Честно сказать, я готов был увидеть самое неприятное – останки животных, артефактов и ворожбы. Собственно, нечто подобное тут и было. Глядя на выкорчеванные кусты цветущего жасмина, разложенные на черной пленке, я невесело усмехнулся. На ярко-зеленых листьях – характерные атрибуты ворожбы для стихийной ведьмы: цветные нити, бусины и камни. Те же атрибуты были найдены в квартире ведьмы. Только их было недостаточно, чтобы точно её классифицировать. А вот теперь сомнений не оставалось.
Ведьмы-стихийницы никого убить не могут. Становилось понятно, что у нас не четыре, а пять трупов по одному делу. И ведьма невиновна. Она не покончила жизнь самоубийством. Её убили. А вот к тотему в лесу подойти не смогли.
Пока Дан с Северой принимали улики, моя мобилка запиликала.
– Сергей Демидович, здравствуйте. Это вас из окружного отдела по уголовным делам беспокоят, Сарматов Владимир Григорьевич.
А вот и связи Инны, видимо, подоспели. Да такие, что в горле неприятно засвербело от раздражения. Сарматов – главный безопасник межведомственного отдела при совете Высших. Конец мне, судя по всему. Я сдвинул брови, стараясь разомкнуть зубы и не процедить следующее:
– По какому вопросу?
– По поводу вашего заявления на увольнение. Было такое?
– Не было, а есть. – Я оглянулся на УАЗ, хмурясь. За дело было особенно обидно, но ничего не попишешь уже. – Жду подписи руководства.
– Тут такое дело, Сергей Демидович, – вкрадчиво начал Сарматов. – Вы вчера просили отпуск по личному стечению обстоятельств. А сегодня вдруг уже увольняетесь…
– Так случилось.
– Хотелось бы разобраться в том, что и как у вас случилось. Сможете приехать сегодня?
А у меня есть вариант отказаться?
– Да, приеду. Когда?
– Приезжайте в течение дня, как получится.
– Можно сейчас?
– Безусловно. Буду ждать.
Я отбил звонок, раздумывая, что все это значит.
– Серый, вот это поворот, – озадаченно хмурился Дан, глядя, как Севера оперативно приходует улики.
– Жасмин цветущий, – восхищенно лепетала девушка, упаковывая кусты в пакеты для трупов. – Такое могут создавать только матерые стихийницы, наша подозреваемая была из таких.…
– Она теперь жертва, – рассеяно заметил я. – Не подозреваемая.
Жасмин благоухал на всю округу, вынуждая что-то внутри посасывать под ложечкой. Наверное, какие-то воспоминания из детства.
– Дан, мне нужно уехать по делам, – нехотя отвернулся я от УАЗа и обратился к другу. И, зная, что он все равно допытается до всего, добавил: – В окружной.
– Что случилось? – насторожился он.
– Пока не знаю, но что-то связанное с моим заявлением.
– Инна что ли подсуетилась так быстро?
– Все может быть, – нахмурился я. – Выясню, расскажу.
– Слушай, ну что они могут сделать, если ты уже заявление написал? – возмутился Дан неожиданно. – Мы же не в рабстве, в конце концов!
Я сощурился на его лице настороженно.
– Данияр?
– Что?
– Только не говори.…
– Я тоже написал, – процедил он, мрачнея. – Не хочу с Инной работать больше.