– Так, – выдохнула я, пристально глядя на иголку. Пальцы дрожали все сильнее. Становилось понятно, что на этом мои успехи и кончились. Я попыхтела еще, пытаясь размотать леску и вдеть в иголку, но ничего не выходило. Даже будто становилось хуже. До этого момента я и не представляла, насколько у меня не работали пальцы. От прилива отчаяния сперло дыхание, и я сбивчиво прошептала:– Ладно, хватит пока что.
Когда наши взгляды с крысой встретились, тот непреклонно шевельнул усами: «Что, теперь будешь рыдать?»
– А вот и не буду! Сделаю перерыв, а потом еще попробую!
А перерыв было, на что потратить. Нужно было уговорить себя сложить вещи в шкаф, как завещал Сволочь перед уходом. Он сам хотел, но я возмутилась, что я так не только не разработаю руки, но они и вовсе атрофируются. Только когда я обернулась с пакетом к шкафу, оба крыса уже сидели на диване с таким видом, что им только попкорн осталось взять…
– Ну совсем у вас, ребята, нет… – Я хотела сказать «совести», но не стала обежать пушистиков. – … зрелищ.
Я попробовала включить им кино на ноутбуке, но они не сочли его интересным и продолжили наблюдать за мной. Будто контролировали!
И тут меня осенило.
– Вы что, думаете, что со Сволочью вам сытнее будет, да? Чем со мной в бегах от него по съемным квартирам?
Негодники подскочили и синхронно зачесались.
– Ну, знаете ли!.. – возмущенно уперла я запястья в бока. – Не надо делать вид, что вы ничего не понимаете! Прагматичные какие! Да я просто… Мне просто время нужно! Я вон уже иголку сама в пальцы взяла – Рори не даст соврать!
Я развернулась и принялась складывать вещи, шумно сопя. Выходило примерно также, как и с иголкой и проволокой – хреново. Я по большей части запихивала их на полки кучей, так что Сволочи придется все перекладывать.
– Зря вы в меня так не верите, – пыхтела укоризненно, поглядывая на парочку.
А ведь у этих крыс есть, чему поучиться. Они выживают. У них не стало дома, и они прежде всего думают о том, как прожить следующий день. А я – о том, что Сволочь меня не по тому поводу раздевает. А вот останься я также без возможности себя кормить, мне бы важнее была эта самая возможность. Только разве я не осталась?
– Пошли поедим, – обреченно выдохнула я и сгребла крыс с диванной подушки.
Когда я вернулся в участок, Дан встретил меня решительным взглядом от своего стола.
– Подготовил отчет по делу, – кивнул он на мой стол. – Глянь, подпиши…
– Меня просили не увольняться и обещали дать отпуск, – сообщил я, едва закрыв двери.
– Вот как? – недоуменно моргнул Дан. – Странно… А кто вызывал-то?
– Сарматов.
– Ничего себе! – усмехнулся он обескураженно, откидываясь на спинку кресла. – Серег, ну, это же круто! Сам Сарматов…
– Мда, – вздохнул я, опускаясь за свой стол.
– Что такое? – насторожился Дан.
– Отпуск по факту медового месяца, – нехотя констатировал я и опустил взгляд на отчет.
– Ну, почему нет?
– Потому что это вранье.
– Слушай, что у тебя происходит? – улыбнулся вдруг Дан, склонив голову на бок и пытливо щурясь. – Ты же хотел в отпуск любой ценой. Теперь паришься, что отпустили в медовый…
– Не знаю я, – прорычал, запуская пальцы в волосы. – Ни черта не понимаю, что у меня происходит!
– Так, – медленно поднялся Дан и подошел к моему столу. – Серег, кажется, у тебя реальный медовый месяц.
Я нервно усмехнулся и протер лицо.
– Да, только Феня об этом не знает.
– Она не хочет?
– Она же ведьма…
– И что это объясняет? Ведьмы – не люди, что ли?
– Не время шутить, – ощерился я нервно.
– Налицо просто все симптомы, – покачал головой Дан.
– Мы – друзья, – выдавил я, чувствуя, как упирается все внутри на это возражение. – Я боюсь потерять ее, если предложу стать моей.
– А ты предложи, и посмотришь, – пожал плечами Дан, усаживаясь на край моего стола.
– После такого предложения ничего уже не будет, как раньше. Фенька будет знать, что я допускал эту мысль… – В горле пересохло, и я поднялся и направился к кулеру.
– Просто ты дошел до той точки кипения, когда уже нельзя сдать назад.
– Но можно остановиться и замереть, чтобы не наделать глупостей. Я – не маленький мальчик, чтобы не суметь удержать себя в зубах. А Феньке нужна моя поддержка, а не… медовый месяц со мной. Со всеми вытекающими.
– У ведьм с оборотнями, слышал, ведьмы рождаются, – улыбнулся Дан мечтательно. – А я бы хотел дочку.
Я напряженно вздохнул и дернул стопку пластиковых стаканчиков, намереваясь добыть один, но на пол посыпались все.
– Да мать же вашу! – вызверился, прихлопнув десяток тяжелым ботинком.
Дан философски взирал на мою бессильную злость.
– И отпуск тебе очень нужен, – заключил спокойно, дождавшись, когда я угомонюсь. – Даже и не медовый. Хотя медовый было бы еще лучше…
– А дело? – обернулся я.
Стоит подумать о работе, и личное привычно ушло на второй план, переставая бесить и вообще тревожить. Дерьмово. Но дело мне нравилось. Как и вообще все, чем я занимался.
– Слушай, дела не кончатся, ты же знаешь. Я сегодня был готов все сдать и уйти вслед за тобой. А дела найдутся и в другом месте.