— Давай постараемся забыть это всё как страшный сон, — предложила Паккет через пару минут. — У вас с парнями много работы, и тебе не стоит зацикливаться на моих проблемах.
— О’кей, постараемся забыть. Но я не обещаю, что скоро.
— И не надо. Ты лучше пообещай мне, что Логан ничего не узнает.
— О чём? — поинтересовался голос Хендерсона, и мы с Мэд одновременно обернулись.
Он стоял в дверях, прижавшись плечом к косяку, и сверлил нас взглядом.
— Ты что тут делаешь? — спросил я, подойдя к другу.
— Тот же вопрос. Вроде ты говорил, что поехал домой…
— Так я и поехал, — подтвердил я. — Но потом вспомнил, что хотел заехать к Мэдисон.
— Интересно зачем.
— Когда мы прошлый раз отдыхали все вместе, Генри забыла у Мэдисон дома свой клатч. Я решил забрать.
— А, — кивнул Логан и прошёл к кровати. — И где же он?
— Вот, — вмешалась Паккет и достала из-под кровати свой клатч. Я слабо улыбнулся.
Девушка кинула его мне, и я поймал вещицу одной рукой.
— Спасибо за чай, Мэдисон. Рад был зайти.
Она с улыбкой кивнула, и я, попрощавшись, открыл дверь.
— А о чём я не должен был узнать? — вопросил Хендерсон и тем самым заставил меня остановиться.
— Вот это уже не твоё дело, — ответила Мэдисон и незаметно мне подмигнула.
Я слабо улыбнулся и ушёл. Нет, это было его дело. Можно сказать, это было только его дело. Его и Мэдисон.
О том, что дальше происходило между так называемой Лодисон, мне не известно.
МЭДИСОН
Когда очередной рабочий день подошёл к концу, я, сидя в гримерной, набрала номер Лимонника. Сначала трубку упорно не поднимали, а затем неприятный женский голос сообщил: “Аппарат абонента находится вне зоны действия сети”.
Вздохнув, я убрала мобильный в сумку и вышла из помещения. Видимо, снова придётся добираться до дома самой.
Появилось желание совершить пешую прогулку, за одно и подумать над кое-чем. Свой маршрут я проложила через давно заброшенный людьми парк, где уже года три не распускались цветы и не пели птицы. Этот парк показался мне идеальным местом для того чтобы пройтись по нему одной и поразмышлять.
И вот, когда я преодолела довольно приличное расстояние по ветхой тропинке, мне навстречу попался мужчина. Странно. Обычно люди здесь не ходят, а если и ходят, то большими компаниями. Мужчина был невысокого роста, лет пятидесяти на вид, одет не бедно, но и не богато. Наши взгляды с ним встретились, и когда я поняла, кому принадлежит этот взгляд, моё сердце беспокойно подпрыгнуло в груди. Я тут же отпустила глаза и сунула руки в карманы: они задрожали.
В нескольких метрах от меня шагал Дэвид Паккет… Если же это имя вам ни о чём не говорит, скажу проще: мгновенье назад мой взгляд встретился со взглядом моего отца.
Когда наши пути пересеклись, папа остановился и мягко спросил:
— Мэдисон, неужели ты засияла настолько ярко, что уже и родного отца не узнаёшь?
Я медленно развернулась и взглянула ему в глаза.
— Разве? — спокойно осведомилась я, хотя внутри готова была закричать. — А мне кажется, что кое-кто другой не узнаёт свою родную дочь, папа.
Последнее слово я произнесла как-то неуверенно и робко. Всё-таки долгих пять лет я не называла родного человека папой…
— Да, — согласился отец, покивав головой, — ты права, очень некрасиво всё это получилось…
— Ты о чём?
Папа вздохнул и, оглядевшись, поинтересовался:
— Ты никуда не спешишь?
— Разве только домой.
— Отлично. Тогда давай зайдём в кафе, и я всё тебе расскажу.
Я согласилась.
— Неплохое заведение, — оценивающим тоном произнес отёц, когда мы сели за столик. — Уютно.
— Да, я часто тут бываю. Что закажешь?
— Супы здесь подают?
— Нет, пап, — ответила я, раскрыв меню. — Это китайский ресторан, и здесь готовят китайскую еду.
— Да? Тогда посоветуй мне что-нибудь, раз ты часто тут бываешь.
— Хорошо… — Я пробежала глазами по меню. — Вот. Закажи себе хрустальные дим-самы или кальмары хэй жао.
Папа посмотрел на цену и, усмехнувшись, отложил меню.
— Пожалуй, закажу себе просто чай. Надеюсь, его подают в этих китайских ресторанах?
Я кивнула и позвала официантку, одетую в шелковый цветастый костюм. Записав наш заказ, она удалилась на кухню.
— Ты так выросла, — заметил папа, разглядывая меня.
— Мне двадцать три. Неужели я не должна была вырасти?
Он рассмеялся и вздохнул.
— Мне кажется, ты хотел о чём-то рассказать, — напомнила я.
— Тебе не кажется, Мэд. Сейчас принесут заказ, и я поведаю тебе обо всём, о чём ты только захочешь узнать.
Минут через десять к столику подоспела официантка. Она поставила наш заказ на стол, и мы с отцом сразу оплатили еду.
— Начинай, — попросила я папу и взяла в руки китайские палочки.
— Ох, — вздохнул он, почесав затылок. — Я даже не знаю, с чего мне начать… Это так непросто. Задавай мне любые вопросы, я отвечу.
— Где мама?
— В больнице.
— Что-то случилось? — забеспокоилась я.
— Нет, нет, Мэдисон, всё хорошо. Она у психолога.
Я вопросительно нахмурилась, и отец, снова вздохнув, произнес:
— Видимо, придётся рассказать тебе всё как было. Слушай, дорогая.
Он отхлебнул чаю и продолжил:
