- Вы не беспокойтесь! Я сейчас кого-нибудь позову, - зачастила я. - Да и Кирилл будет переживать, если не найдет меня в комнате. Я сама волнуюсь, почему он задержался...
Женщина угомонилась, словно разом утратила жалкие крохи силы, теплившиеся в её болезненно хрупком тельце. Карие глаза - точно такие же, как на фотографиях маленького Кирилла - смотрели на меня с грустью и сочувствием:
- Нельзя чтобы история Маргаритты и Рауля повторилась, птаха. Тебе только кажется, что без него не будет ничего, но это неправда! Я не в силах помочь, пока ты сама не захочешь. - Она выглядела взволнованной, говорила странные вещи, но я не спешила с ярлыком "не в себе". А всё из-за этих глаз! Молодые, светящиеся умом и недюжинной сообразительностью, полные жизни - они словно бы принадлежали не пожилой старушке, а как минимум тридцатилетней! - Расстояние, птичка - вот то, что тебе нужно. Лети, как можно дальше, держись так далеко, насколько сможешь! От этого дома... от всех... и от него в первую очередь! Вначале будет трудно, но со временем ты поймешь... уже начала.
Она договорила и устало откинулась на спинку поскрипывающего кресла, словно заповедь забрала последние силы. Вытерев вспотевшие ладони о свитер, я подивилась, как гулко в тишине звучит пустившееся вскачь сердце, и покачала головой. Походу у меня галлюцинации, что не удивительно в свете последних событий! Ну, лежит себе пожилая женщина и еле слышно дышит, а я стою с открытым ртом и не знаю, что делать дальше? Её слова, если они, конечно, действительно звучали, понесли какие-то необратимые изменения. Бессмысленная околесица, какой-то бред, который, тем не менее, казался неясным предупреждением. Нежданным и единственным, ведь больше никаких подсказок не будет и уже давно пора действовать, но... понять бы ещё, как?
Позади чудовищно громко скрипели двери - я так и подпрыгнула на месте! Створки медленно отворились, развеяв мягкий полумрак желто-оранжевым светом, и в дверном проеме показалась взъерошенная макушка Кирилла.
- Майя, я тебя везде ищу, - облегченно вздохнул он и тут же насторожился, что-то разглядев в моем лице: - Что случилось? Почему ты вышла? Я же просил дождаться...
- Я... Кир, я не знаю... Она...
- Она больна, - закончил он, уже смело распахнув дверь, и вошел в комнату.
Прямоугольник света упал на незамеченный мною низенький столик, заставленный лекарствами, и осветил фигуру женщины, закутанной в плед. Её кожа выглядела неестественно бледной и прозрачной; под глазами пролегли глубокие тени, а на руках отчетливо синели тонкие сеточки вен.
- Пойдем, пора вернуть тебя домой.
- Д-да, пожалуйста.
Услышав дрожь в голосе, Кирилл машинально растёр мои плечи:
- Больше так не делай.
- Как так? - уточнила я, рассеяно отметив, что рядом с ним коридор утратил свой пугающий вид.
- Ты большой любитель исчезать без предупреждения. Мне это совсем не нравится! Да и Станислава Егоровна уже дважды звонила поинтересоваться, где нас носит? - усмехнулся парень. Он говорил громко и уверенно, совсем не то что я, боясь потревожить тишину дома, в котором будто дремала неизвестная пугающая сила. - Кстати, ты почему не брала трубку? Там куча пропущенных вызовов...
Я оглянулась на отдаляющуюся дверь, в которой осталась старушка, и, проигнорировав вопрос, задала собственный:
- Кто эта женщина, Кирилл? Она сказала мне стран...
- Она что? - переспросил парень, остановившись, и удивленно приподняв брови: - Майя, сколько я себя помню, бабушка до сих пор не проронила ни слова. Дед говорит, это последствия стресса...
Сказать, что я удивилась - ничего не сказать. Значит, всё-таки привиделось? Или нет?.. Заметив моё сомневающееся выражение, Кирилл нахмурился, как всегда с ним бывало, когда речь заходила о родителях. Осторожно подбирая слова, он продолжил:
- Когда мой отец и мать...
- Вот вы где! - воскликнула малышка лет пяти, резво взбежав по лестнице, и потянула нас за руки вниз. - Пошли, пошли скорее! Дед хочет сказать ей пока!
Позволяя увлечь себя, Кир встряхнул головой, отгоняя тяжелый мысли. Серые глаза просветлели - он явно радовался очередной отсрочке:
- Давай попрощаемся. Не верится, что этот ненормальный день наконец-то закончился!
Я тяжело вздохнула, стараясь привести сумбур из мыслей в какое-то подобие порядка, и кивнула, готовая подписаться под каждым словом.
Глава 17
СТОП! Стоп! Стоп...
До выпускного Алисы оставалось два с лишним месяца. Я с нетерпением ждала этого знаменательного события как собственного, потому что идея навсегда распрощаться с юриспруденцией и куда-нибудь перевестись казалась всё более заманчивой.
