То, что я сделал с тобой, Д'Натель, было необходимо. Я рассчитал время, чтобы помочь тебе найти путь, узнать, что ты должен сделать для укрепления Моста. Но удача покинула нас. После тысячи лет стараний лорды Зев'На наконец узнали, как одолеть силу заклятия Д'Арната. Мы и сами не знаем этой тайны. Ты – единственное, что стоит у них на пути. Я боюсь за твою жизнь, Д'Натель, за твою душу, и я боюсь за Мост. Он не должен рухнуть. Наши враги не знают, что я сделал с тобой, не знают, как мало нам известно о заклятиях Д'Арната и о том, что твоя задача еще сложнее, чем они предполагают.
Это тяжкая ноша, она может показаться и вовсе неподъемной в твоем нынешнем состоянии, но ты должен понять, мой принц… мой сын… больше нет никого, на кого мы могли бы положиться. Когда ты познаешь себя, ты поймешь, что должно сделать для нашего спасения. Слава твоих отцов с тобой, и, пройдет время, она засияет надеждой для людей обоих миров».
Я решила, что это все, но тут меня охватил гнев, который не был моим гневом.
«И есть кое-что, о чем и дульсе может не знать. Я должен со стыдом сообщить, что не только у наших врагов теперь пустые глаза зидов. Некоторые, кто так похож на нас, зашли столь далеко в своем отчаянии, что продали души для сохранения того кусочка жизни, который мы зовем Авонаром. Они думают, что лорды сдержат слово, что они сами смогут снова ощутить течение жизни после того, как совершится достаточно убийств и предательств. Меч Д'Арната – могущественный талисман. Предания говорят, он дает воинам силу выстоять против зидов, может быть, даже повернуть их вспять. Более четырехсот лет пролежал меч у лордов в крепости Зев'На, и теперь это предательство замарало его…»
Нас вырвал из оцепенения треск ломающегося дерева и звон разбитого стекла. Послышались равномерные удары в дверь травной лавки. Похоже, кто-то пытался высадить ее. Выпалив несколько слов, от которых покраснел бы и сапожник, Келли схватилась за меч.
– Позаботьтесь о бабушке! – крикнула она и исчезла в коридоре.
– Сейри, уводи их! – Тенни тоже схватил меч и поспешил за девушкой. – Я встречу вас возле лошадей, если смогу. Не ждите меня.
Баглос упал на колени перед принцем.
– Мой господин! Идемте скорее!
Но взгляд Д'Нателя был прикован к Селине.
– Госпожа Селина, нам надо идти, – сказала я, заставляя себя говорить спокойно, а сама нагнулась за ее ножом. – Мне придется разорвать связь. Умоляю, вы слышите меня? Я жду вашего слова.
– Один лишь миг, – тихо произнесла старушка. – Я должна заглянуть глубже. Я должна узнать, что он такое.
Из лавки донеслись оглушительный грохот, вопли и звон мечей. Болезненный крик раненого. Но вокруг меня клубилось заклятие, и через шум и хаос прорезался звук столь неуместный, что я едва узнала его, – смех.
Селина сидела на фоне благоухающего цветами окна, бледная и хрупкая, и счастливо смеялась.
– Теперь режь, – сказала она тихо и сипло. – Посмотреть бы на этого Дассина! Какая самонадеянность! И какая сила сотворила это…
Я перерезала окровавленную ткань, и рука Селины обессилено упала на колено.
– Сейри, наклонись, – зашептала она, откидываясь на подушки. – Ближе. – Даже снедаемая волнением, я не могла отказать ей. – Ты должна знать, – шептала она мне на ухо. – Смотри глубже. Это чудо, все… – Целительница вдохнула и попыталась продолжить, но лишь качнула головой. Потом ее голова упала, и, все еще улыбаясь, она закрыла глаза.
Шум из соседней комнаты становился все громче. Мы не сможем оставить старушку здесь. Я потрясла ее за плечо.
– Госпожа Селина, нам нужно укрыть принца в безопасном месте. И вам тоже придется пойти с нами. Д'Натель, ты понесешь ее. – Я попыталась объяснить ему с помощью нелепых жестов и нескольких слов из его языка.
Судя по лицу, какая-то часть сознания Д'Нателя была обеспокоена звуками из соседней комнаты, однако принц оставался у ног целительницы. Он взял сухую морщинистую руку и поцеловал ее, потом посмотрел на меня, слезы катились из его синих глаз.
– Нет смысла нести ее, – сказал он хрипло. – Она умерла.
– Се'на давонет, сакер Вазрин! – воскликнул Баглос. Дульсе поблагодарил божество, позволив себе лишь миг порадоваться выздоровлению Д'Нателя. Что-то умоляюще бормоча, он тянул и подталкивал своего господина, мечтая поднять того на ноги, довести до двери, вывести во двор, на свободу. Д'Натель отказывался двигаться, он не сводил жаждущего взгляда с лица Селины.
Она казалась такой умиротворенной. Ее иссохшее розовое личико расслабилось. Я коснулась щекой ее губ, все еще растянутых в улыбке, но не ощутила дыхания. Мертва. Твари небес и земли, что же мы наделали?
Чудовищный треск, донесшийся из лавки, заставил принца оторваться от лица целительницы. Он поднял голову и поначалу выглядел озадаченным и смущенным, словно его ударили.
– Мие гиро, бенсе… – Баглос снова потащил его к кухне и входной двери, но Д'Натель заворчал, отшвырнул его к стене и двинулся к двери в лавку. – Не, не, мие гиро!
