— То, что ты делаешь, не испортит вещь?
— То, что я делаю, не имеет отношения к материи. Я просто буду искать его в этом.
Келли взяла дерево обеими руками и закрыла глаза. Вскоре она положила пластину на стол и прошла через комнату, сложив руки на груди. Вышла за дверь и застыла, наклонив голову.
Роуэн облокотился на стол.
— Нужно время, чтобы это произошло, — пояснил он негромко, его переполняло удивление. — Она говорит, у нее не очень хорошо получается. — Он не сводил глаз с девушки.
— У нее никогда не было наставника. «Третий родитель», так они называют того, кто учит их использовать дар, скрывать его, нести на себе его тяжесть.
— Понять это очень трудно.
— Но ты не боишься?
Не хочешь арестовать ее, привязать к столбу, сжечь…
— Я десять лет учился не бояться того, чего не понимаю. Хоть у моего наставника и не было такого намерения, я благодарен за науку. Но я не вернусь назад… — Он умолк, на его суровом лице читались волнение и искренность, когда он произносил слова, которым не учат солдат.
Я сдвинула пустые кружки в центр стола.
— Яко всегда твердил мне, что я должна верить тебе. Уголки его рта чуть дрогнули.
— Мне он всегда говорил, что ты упряма, но настанет день — и ты увидишь собственные ошибки.
Не успела я найти достойный ответ, как в двери появилась Келли.
— Он где-то рядом.
Мы нашли его на развалинах замка, в полулиге на юг от Йеннеты. Келли провела нас к горам по узкой тропинке, петляющей между зелеными холмами. Оранжевое солнце висело уже над западными вершинами, когда на возвышении возникли очертания руин. Келли, шедшая впереди, подождала нас и указала на вершину холма.
— Я пойду одна, — заявила я.
— Я пойду, — возразил Баглос. — Я его Проводник.
— Он приказал тебе выполнять мои команды. Ты подождешь.
Дульсе надулся, но я была убеждена, он забудет все обиды, как только окончательно успокоится. Коротышка не умел долго сердиться.
Роуэну тоже не нравилось, что я иду одна, но я отказалась и от его общества.
— Если не вернусь через час, можете отправляться на поиски, — сказала я. — Но соблюдайте осторожность.
Признаков битвы не было. Никаких часовых. Ни следов копыт, ни тел, ни крови — свидетельств погони и присутствия жрецов. Что бы ни привело Д'Нателя сюда, мечом точно не поможешь.
Зеленый холм венчала груда полуразвалившихся камней. Вытянутые вечерние тени вызывали смутное ощущение присутствия круглых башен и толстых стен, которые когда-то главенствовали над холмами. Только одна часть древней башни уцелела, три стены и несколько провисших кровельных балок образовывали тенистое укрытие. Ветер, напоенный тяжелыми запахами сырой земли и зелени, шелестел травой. Когда я привязывала Огненного Шипа к кусту, разросшемуся под валуном, вверх взвилась стайка воробьев. Я осторожно пробиралась по молчаливым руинам. Мне казалось, что в таком месте не стоит шуметь.
Быстрый осмотр с разрушенной стены подсказал, что Д'Натель, если он здесь, должен быть в остатках башни. Ни его, ни его коня нигде не было видно. Я обошла обрушенную балку и по лестнице из каменных блоков поднялась на остатки каменного пола. Это огромная приемная давно почившего лорда. Здесь был гигантский камин, когда-то давно огонь в нем пылал всю ночь, пока солдаты лорда, его придворные, дети, родственники и собаки ели, пили, устраивались на ночлег на устланном соломой полу. Если бы я верила в привидения, то обнаружила бы их в залитых вечерним солнцем камнях или уловила бы обрывки старинных песен, пьяные шутки и дружескую болтовню.
Дальняя часть башни, над которой сохранилась крыша, была так же пустынна, как и остальные руины. Огорченная, я была готова повернуть назад, когда заметила легкое движение в самом дальнем и самом темном углу. Он жался к стене, словно обиженный ребенок, закрывая голову руками.
— Д'Натель, — позвала я тихо. — Мой принц.
Он не пошевелился. Я осторожно подошла, опустилась рядом с ним на колени, с облегчением уловив исходящее от него живое тепло.
— Д'Натель, скажи, что ты жив. Мы боялись за тебя.
— Уходи отсюда, — прошептал он. — Как можно дальше.
Я выдохнула.
— Почему?
— Пожалуйста. — Он говорил, не разжимая зубов, словно сдерживая крик.
— Я ни разу не слышала, чтобы ты говорил «пожалуйста», наверное, надо бы послушаться, чтобы поддержать в тебе желание повторять это слово. Но я ничего не делаю без причины. Почему я должна уходить от тебя?
— Я больше не могу удерживать их. — Он прерывисто вздохнул.
— Ты имеешь в виду зидов? Поиск? Они снова идут за тобой?
— Непрерывно. — Приглушенный стон слетел с его губ, он еще сильнее вжался в угол, словно уклоняясь от взмаха невидимого хлыста.
«Непрерывно».
— И ты защищал от этого нас.
— Они идут за мной. — Он поднял голову. Глаза запали, кожа натянута. Он изможден. — Вы должны быть как можно дальше.
— Мы не позволим им забрать тебя. Баглос готов отдать за тебя жизнь. И теперь нас больше на два человека. Грэми Роуэн и Келли готовы помогать. Если мы будем вместе, мы сможем защищать друг друга, найти дом, лес…
