Степняк взглянул на него с явным неодобрением, но послушался и подошел к Хору. Возле мальчишки он просидел не меньше минуты. Зато когда сияние вокруг его рук погасло, Хор тихо застонал и даже попытался перевернуться на спину. Шаман удержал его на месте, не давая шевелиться.
А Джай, наконец, смог облегченно вздохнуть. Все это время он находился в постоянном напряжении, даже не осознавая этого.
За эти несколько минут Райн успел справиться со всеми иглами, и теперь следил за действиями Лавана и второго целителя, которые до сих пор не отходили от Триана. Джаю не хотелось его отвлекать, но ему уже надоело неподвижно сидеть на одном месте, к тому же, с обнаженным клинком у горла. Поэтому он решил окликнуть степняка.
– Тэм Райн, может быть, ты скажешь своим воинам, чтобы они опустили оружие.
Степняк обернулся и с недоумением посмотрел на него. Похоже, он только сейчас осознал, в каком положении до сих пор находился Джай. Райн нетерпеливо мотнул головой, и молодой лорд, наконец, смог подняться на ноги.
Он подошел к Хору, возле которого до сих пор сидел молодой шаман.
– Как он?- спросил Джай.
– С мальчиком будет все в порядке,- ответил степняк,- но пару дней ему лучше поменьше двигаться.
– Все так серьезно?
– Четыре ребра сломаны в нескольких местах, их отломки задели легкое, к тому же, он сильно ударился головой,- перечислил шаман.
А Джай подумал о том, что всех целителей в мире объединяло два общих качества: дотошность и язвительность. И степняки не были исключением. Он благодарно кивнул шаману, а потом наклонился к Хору.
К сожалению, магия исцеления не избавляла от болевых ощущений. Поэтому сейчас мальчишка должен был испытывать сильную боль. Но Хор терпел ее молча, он только закусил губу от напряжения и на его лбу выступили мелкие бисеринки пота. Мальчишка посмотрел на Джая затуманенными глазами. И прошло несколько мгновений прежде, чем в них появилось узнавание. Мальчишка снова попытался пошевелиться, но сын герцога удержал его на месте.
– Тебе нельзя двигаться,- сказал он,- просто полежи на месте. Будет больно. Но ведь ты справишься?
– Да, рэм,- едва слышно ответил Хор.
– Все будет хорошо,- успокаивающе произнес Джай.
С уверенностью, которой не было у него самого, но которая сейчас была так нужна мальчишке.
Шаман, который все еще сидел возле мальчишки, коснулся его лба. И с его пальцев сорвались несколько золотистых искр. Веки мальчишки сразу же опустились, и его лицо расслабилось.
– Как долго он будет спать?- поинтересовался сын герцога
– До завтра,- ответил шаман.- Утром я зайду к нему.
– А что с эльфом?
– У тэри сильное переутомление,- ответил степняк и снова посмотрел на Джая с явным неодобрением (похоже, ему не нравилось такое неуважительное отношение сына герцога к одному из представителей древней расы).- Я не смог его разбудить. Но, думаю, что скоро он и сам придет в себя.
Джай подошел к эльфу и наклонился к нему. Лар выглядел не так уж плохо. Он дышал размеренно и глубоко. И если бы не его неестественная бледность, то он казался бы спящим. Но именно эта видимость благополучия и насторожила Джая. Что-то было не так.
Сейчас он находился на расстоянии вытянутой руки от Лара. Но через магический поводок, связывавших их, доносилось только смутное чувство, напоминавшее о том, что Лар был все еще жив. Сын герцога сосредоточился и попытался прислушаться к чужим ощущениям. Но в этот раз проклятый поводок предательски молчал. Ни чувство холода, ни нытье мышц из-за долгого лежания в неудобной позе, ни боль от удара (ведь эльф упал прямо на пол)… не доносились через него.
Тогда Джай с силой сдавил запястье Лара. Наверное, со стороны это выглядело просто отвратительно. Словно, он специально мучил эльфа, который и так уже находился без сознания. И приглушенное шипение, донесшееся с той стороны, где Дамиар занимался телом чужака, только подтвердило это. Но сын герцога не обратил на него внимания.
Злополучный поводок продолжал хранить молчание. И Джай понял – почему. Потому что даже боль не имела значения для того, кто так близко подошел к заветной черте, отделявшей жизнь от небытия. А Лар подошел к этой черте чересчур близко.
Джай оглянулся на молодого шамана, который лечил Хора. Но так и не окликнул его, сообразив, что если бы степняк мог привести эльфа в чувства, то он сделал бы это сразу. Второй степняк-целитель до сих пор занимался Трианом. И на его помощь тоже можно было не рассчитывать. Джай с сомнением посмотрел на Дамиара. Но потом вспомнил о том, как к нему относились местные эльфы, и решил, что ни один из них не стал бы помогать ему даже за все сокровища в мире.
Ждать помощи было просто неоткуда. И тогда Джай решил снова нарушить обещание, которое давал самому себе два года назад. Он уже нарушал его однажды. Но в тот день в Караше у него просто не было другого выбора. Впрочем, как и теперь.
