Но выполнить это приказание никто не успел, потому что у дальней стены поднялся на ноги Джай. Он не произнес ни одного слова, просто обнажил свое оружие и прыгнул вперед. И серебристый ураган стал сметать все на своем пути. Сначала охранника, все еще зажимавшего рассеченное левое запястье – след от клинка Тереха. Потом еще одного, и еще… А потом две встречные серебристые волны столкнулись, породив настоящий шторм. На этот раз не было уловок и хитростей, обманных выпадов и маневров, Джай не хотел победить, он желал уничтожить своего врага, стереть его с лица земли.
И противник дрогнул. "Баронет" стал медленно отступать, шаг за шагом, приближаясь к стене. Еще несколько мгновений, и ему некуда будет деться. И тут в отчаянном прыжке он вдруг отпрянул в сторону.
Один миг ему понадобился для того, чтобы сорвать что-то с шеи, бросить на пол и раздавить каблуком. Он прокричал несколько слов на неизвестном языке, а потом расхохотался Джаю в лицо.
Младший сын герцога бросился вперед, но за спиной его врага уже наливался синевой диск портала. Мнимый баронет шагнул назад, напоследок метнув что-то в сторону, а следом за ним бросился последний выживший охранник.
Джай не стал преследовать их. Соваться в логово врага, очертя головой, было бы глупо.
Вместо этого, он осмотрел комнату. Герцог лежал теперь возле стены и его уже не опутывали веревки. Его благодетель обнаружился в шаге от него. Мальчишка, мнимый младший баронет, затравленно смотрел на Джая, готовый, похоже, и к нападению, и к бегству одновременно. Посмотрев на него, Джай медленно разжал руку, так, чтобы тот увидел то, что лежало на его ладони. Маленький метательный нож (на его рукояти едва хватало места только для двух пальцев) – последний подарок от сбежавшего "баронета" для своего "брата". Младший сын герцога едва успел перехватить его, и отточенное лезвие оставило глубокий порез на его ладони. Мальчишка посмотрел на своего врага-спасителя, потом на нож в его руке, и отвернулся.
Вся комната была завалена телами. Пятеро мертвых охранников барона лежали кто где, но и сам барон не избежал их участи. Похоже, что, отыграв свою роль, он перестал быть нужным своим нанимателям. Его труп был у окна.
Последнее тело лежало у дверей, и Джай заставил себя посмотреть на него.
Даже в смерти Терех выглядел устрашающе, он так и не выпустил оружие из рук. Осколок серого монолита, надежная опора, старший брат, которого Джай так и не успел узнать.
Младший сын герцога наклонился и поднял с пола второй гайн, который выбили него из рук во время боя. Мертвых можно было оплакать позже. Сейчас нужно было спасать живых.
Словно очнувшись, Джай пересек комнату и опустился на колени перед отцом. Тот был без сознания. Быстро осмотрев его и убедившись, что на герцоге нет серьезных ран, Джай громко позвал:
– Тибус, иди сюда,- но когда никто ему не ответил, он повторил,- Тибус,- и на этот раз его звучал властно и нетерпеливо.
Маг медленно выбрался из под дальнего стола, где не без успеха прятался все это время. Похоже, что ему тоже хорошо досталось – выглядел он ужасно. Одежда висела лохмотьями, с рукава стекала кровь. Левой рукой он прижимал к груди безжизненную и ставшую сейчас совершенно бесполезной сферу защитной сети. Тибус повел по комнате безумным взглядом, а потом настороженно посмотрел на Джая. Младший сын герцога понял, что маг просто не узнает его. Но у него не было времени разбираться, действительно ли Тибус сошел с ума, или только до смерти напуган.
– Подойди сюда,- сказал он ему, стараясь, чтобы голос звучал ровно, но повелительно.- Ты нужен своему герцогу.
Маг замер на несколько мгновений, а потом осторожно подошел. Он опустился перед распростертым телом на корточки, и немного замешкался, не решаясь выпустить свою драгоценную сферу из рук. Но потом он пристроил ее себе на колени, и положил обе ладони на грудь герцога.
– Он очень слаб,- сказал маг, и его голос звучал отрешенно и безразлично,- Он потерял слишком много сил, но теперь источники перекрыты.
– Он выживет?- спросил Джай.
– Я не целитель,- ответил Тибус, поднимая глаза, и в его взгляде не было и тени мысли. Потом он отошел в сторону, что-то бормоча себе под нос. Похоже, он разговаривал со своим шаром.
Джай лихорадочно размышлял над тем, как ему теперь поступить.
Дальше оставаться в башне было нельзя. Непонятно, что случилось с солдатами и слугами, но на их помощь рассчитывать не стоило. При этом было не известно, сколько еще наемников оставалось в замке. Джай помнил, что по дороге к подземному ходу они с Терехом убили не меньше десятка. Все, что происходило потом, сливалось в какой-то непонятный тягучий кошмар, не оставивший даже обрывков воспоминаний. В себя он пришел только в башне, когда Терех разбудил его. Правда, о том, как это было возможно, если в это время брат был уже мертв, Джай старался не задумываться.
– Сколько ваших еще в замке?- спросил он у мальчишки, который сидел на полу в нескольких шагах от него.
– Не знаю,- ответил тот, опасливо следя за каждым движением Джая, но не двигаясь с места.
