Джаю даже стало немного не по себе от испытывающего взгляда старика.
– Устраивайтесь удобнее,- махнул в сторону подушек старик, а потом плотно задвинул занавеску, прикрывавшую вход в шатер.- Разговор будет долгим…
Сын герцога кивнул ему в ответ и, выбрав ближайшую подушку, уселся на нее, скрестив ноги на манер степняков. Лар устроился в шаге от него прямо на полу, подогнув ноги и сев на собственные пятки (как во время тренировки).
Увидев это, Ашан едва слышно хмыкнул, а потом снял с одного из столиков глиняный кувшин и три чаши. Все это он поставил перед Джаем и сел на подушку напротив него.
– Кровь земли хороша тем, что веселит душу, но не мутит разум,- произнес он, разливая в чаши вино, а потом протянул одну из них сыну герцога, а вторую Лару.
Джай из вежливости пригубил вино, оказавшееся непривычно терпким на вкус. Степняк же задумчиво повертел свою чашу в руках, а потом отставил ее в сторону, так и не сделав ни одного глотка (небольшое отступление от правил, которое, однако, говорило о многом). На языке жестов и недомолвок, который использовали степняки, это обозначало, что Ашан пока не был расположен верить словам своего собеседника – не лучшее начало разговора. Но будет гораздо хуже, если к концу беседы старик так и не сделает ни одного глотка (это будет обозначать полное недоверие).
То есть в случае неудачи, Джай серьезно рисковал из не совсем званого гостя рэма Дайра превратиться во врага всего рода Шааз.
– Расскажи мне о том, что произошло на границе,- сказал степняк.
Джай даже вздрогнул от неожиданности, едва не расплескав вино из своей чаши. Он не сразу сообразил, что Ашан имеет в виду совсем другую границу, и совсем другие события.
– Мы направлялись на восток, и так случилось, что наш путь пролег через ваши земли,- собравшись с мыслями, начал свой рассказ сын герцога.- Мне жаль, если рэм Дайр принял нас за врагов, но ни я, ни мои люди не давали для этого повода, мы просто шли мимо.
– Кажется, там был еще случай с кем-то из воинов?- лукаво прищурившись, спросил Ашан.
Все он знал, этот старый лис, и то, что произошло, и то, что только могло случиться. Наверняка, ведь Дайр уже доложил ему обо всем. И свое решение старик, тоже уже принял.
Только зачем ему понадобилось разыгрывать эту комедию?
– Тэм Илар принял меня за кого-то другого,- пожал плечами молодой лорд, стараясь сохранить невозмутимое выражение лица, а то этот разговор начинал его раздражать,- но мы прояснили это недоразумение.
– Дайр принял тебя за врага, Илар принял тебя за кого-то другого,- задумчиво повторил старик.
Как будто Джай и сам не понимал, что его рассказ звучал совсем неубедительно.
– Но ты говоришь, что они оба ошиблись,- продолжил свою мысль Ашан.- Ты не похож на детей степи. Твоя внешность, одежда, даже оружие – все говорит о том, что ты чужак. Но семь воинов утверждают, что ты их рэм. Кто же ты на самом деле?
– Мое имя Джай ар-Сантар, и я действительно рэм этих людей,- произнес сын герцога, не собираясь больше ничего объяснять.
Ашану не стоило говорить о том, где Джай встретил Лиама и остальных, и как стал рэмом отряда. И даже о том, куда они направлялись, на всякий случай стоило умолчать.
Можно было попробовать сочинить какую-нибудь историю поправдоподобнее. Но Джай давно убедился в том, что быстро сочинить что-нибудь толковое ему, как правило, не удается. К тому же, чем дольше плелась паутина лжи, тем больше была вероятность запутаться в ней самому.
Джай почти физически ощущал, как истекают драгоценные секунды, отмеренные ему на то, чтобы убедить главу рода Шааз пропустить его отряд. А потом неожиданно осознал, что бы он не произнес, в чем бы не признался, это никак не повлияет на итог разговора. Потому что Ашан уже принял свое решение, причем явно не в пользу незваных гостей. Слишком уж нарочито спокойно он себя вел. И то, как степняк задавал вопросы, только подтверждало догадку Джая.
– Ты больше ничего не хочешь мне сказать?- нарушил тишину Ашан.
– Я больше ничего не могу тебе сказать.
Джай уже приготовился к тому, что через мгновение старик велит ему убираться с земли своего рода, и как можно быстрее. Но Ашан не спешил…
Он задумчиво смотрел на сидевшего напротив него молодого чужака, на замершего в обманчиво-расслабленной позе эльфа, и по его лицу ничего невозможно было прочитать. А потом глава рода Шаан медленно поднял свою чашу и в несколько глотков осушил ее до дна.
Удивление Джая было настолько сильным, что ему так и не удалось скрыть его до конца. Сын герцога понял это, по тому, как насмешливо улыбнулся его собеседник. Впрочем, в этой улыбке не было ничего обидного. Просто на какое-то мгновение глаза старика сверкнули озорными искрами (совсем, как у малолетнего хулигана, которому только что удалось в тайне от родителей совершить очередную пакость). Сходство было настолько сильным, что Джай и сам едва удержался от улыбки.
– Ты знаешь, что ты очень похож на своего деда?- неожиданно спросил Ашан.
И на это раз Джай даже не пытался скрыть свое удивление.
– Мне никогда не говорили об этом,- осторожно ответил он.
