Проводы растянулись из-за аштари. Нет, Джай и раньше не сомневался, что Лиам увяжется за ним. Степняк уже несколько раз намекал ему на это. Но юноша не ожидал, что Зим и Мааюн тоже захотят уехать из Итиль Шер. Переубедить этих упрямцев остаться, ему не удалось. Хорошо еще, что остальные оказались сговорчивее и согласились вернуться под командование Триана. Хуже всего дела обстояли с Сигом. Шаман залечил его рану, и воин чувствовал себя хорошо. Но рука ему плохо подчинялась. И до сих пор было не известно, сможет ли он пользоваться ей или нет. Сиг и сам понимал, что однорукий калека, не способный удержать меч, будет обузой для отряда, поэтому ни на чем не настаивал и ничего не просил. Но Джай не мог его бросить просто так.
Его успокоил Триан. Оказалось, что воинам-аштари, получившим ранение, в Итиль Шер не бросали на произвол судьбы. Их отправляли обучать воинскому искусству мальчишек, или подбирали другую работу. Так что за Сига можно было не переживать.
Джай едва успел переговорить с Трианом, когда Райн сообщил, что к переходу все готово и вот-вот откроется портал. Юноша крепче вцепился в поводья своей лошади, опасаясь, что животное может испугаться и рвануться в сторону. А потом оглянулся на свой поредевший отряд. Теперь их стало еще меньше: они с Ларом, Хор, Мааюн, Зим и Лиам. Еще Шеони, но она вряд ли смогла бы постоять за себя, поэтому за воинскую единицу ее можно было не считать. Правда, хаган выделил для них десяток воинов сопровождения. Которые должны были довести их маленький отряд до перевала. Так в общей сумме отряд получился очень даже приличный. Но Джай никак не мог отделаться от мысли, что его спутников с каждым днем становится все меньше.
— Ну что, все на месте? — поинтересовался Райн, торопливо заканчивая последние символы заклинания.
— Нет проводника, — ответил Триан.
Джай хотел поинтересоваться, кого еще ему навязали в попутчики, но не успел. Вопрос отпал сам собой, когда объявился Натаэль. Юноша посмотрел на него с недоумением, вот уж кого он не ожидал увидеть среди своих попутчиков. Древние его в принципе терпеть не могли, а Натаэль особенно. Но свое мнение молодой лорд, конечно же, оставил при себе.
— Теперь все, — произнес Триан, а потом обернулся к Джаю, — мы всегда рады тебе, сын сестры, и будем ждать твоего возвращения. Помни наш дом — твой дом.
Юноша ничего не ответил. Да и зачем, все нужное было сказано еще вчера. Поэтому Джай просто поклонился степняку и, дождавшись своей очереди, шагнул в портал. Впереди у него снова была дорога.
Проводив мальчишку и оставив брата разбираться с переходом, Триан снова вернулся во дворец. Его ждал великий хаган.
— Как все прошло? — поинтересовался владыка, едва за Трианом закрылась дверь.
— Прекрасно. Переход был точен, поэтому проблем не должно быть.
— Хорошо. Значит, они уже на середине пути к южной границе. Если проводник проведет их по малой тропе, через декаду они будут там.
— Да, отец, — кивнул Триан, устраиваясь в предложенном кресле.
Они недолго помолчали, а потом молодой рэм все-таки осмелился спросить:
— Этот мальчик так важен, потому что он из нашего рода? Или не только?
— Почему ты так решил? — поинтересовался хаган, с интересом уставившись на сына (такого вопроса от него не ожидал).
Триан был умен и наблюдателен. Если бы ему прибавить немного изворотливости, хаган выбрал бы его своим наследником, отстранив Асиэля. Но стать политиком, второму сыну владыки было не суждено. Он интересовался только воинскими делами. И, казалось, не замечал ничего кроме них. Но как выяснилось, очень даже замечал.
— Ты не стал бы пренебрегать безопасностью Итиль Шер даже ради одного из нас. А для этого мальчика построили портал на максимальное удаление, это ослабило нашу защиту.
— Не думал, что ты интересуешься магией.
— Только защищающей Итиль Шер, отец.
Вот теперь это было больше похоже на Триана. Всегда собранного и настороже.
— Ты прав. Он важен не только потому, что сын Жамии. Хотя и этого уже было бы достаточно. Все дело в нем самом.
— И кто же он?
— Не знаю, — честно ответил хаган.
Триан был единственным, кому он никогда не лгал. Молодой рэм не выносил лжи, но дело было даже не в этом. Просто именно второй сын стал для владыки степи единственным человеком, с которым он мог поговорить начистоту. Асиэль слишком увлекся эльфами, Райн — магией, а Лаван был еще слишком молод, чтобы посвящать его в тайны. Зато Триан был достаточно рассудителен и абсолютно предан.
— Знаю только одно — этот мальчик нужен древним. Настолько, что они готовы отказаться от своей изоляции и выйти в мир.
— Ты хочешь, чтобы древние ушли из Хаганата?
Триан удивленно уставился на отца. Вот уж чего он не ожидал от хагана, так это желания избавиться от эльфов. Сам Триан был убежден, что влияние эльфов стоило ограничить (чересчур много власти они взяли в свои руки). Но он никогда не думал полностью избавляться от них. Слишком многое в Хаганате сейчас зависело от эльфов. Их знания, их умения, их магия — все это было жизненно необходимо для Итиль Шер и для всего народа степи.
