— И правильно сделал. Можно было догадаться, что твои выходки приведут к беде.
— Но он не мог знать, что случится. Он не знает, кто такой Далхан…
— Чутье — величайшая добродетель хорошего воина, — отрезал Гвальхир. — И помолчи, наконец… Ричард, я думаю, нам надо побеседовать. Но не на берегу же это делать. Идем, здесь поблизости есть старая хижина. Можно будет заночевать там. И, кстати, имеется кое-какая одежда, получше. А Трагерн, — он с угрозой посмотрел на ученика, — пойдет за вашими лошадьми.
Молодой друид поник под его взглядом, с усилием, только со второго раза материализовал в руке посох и побрел в лес. Покачивая головой, старик проводил его взглядом.
— Ну, идем, — напомнил Дик, обнимая одной рукой Серпиану, все так же дрожащую на ветру.
— Идем, — Гвальхир вздохнул. — Еще раз прости, что так получилось. С Трагерном никогда не знаешь, чего ожидать. К сожалению, я поверил, что период подростковой бестолковости у него уже миновал, потому как уже в течение трех лет он не делал никаких глупостей. И вот, на тебе.
— Зачем же держать в учениках того, кто не справляется? — удивился корнуоллец.
— В том-то и дело, что у юноши огромное чутье на энергию. Полезное качество. Теперь-то, конечно, мы будем держать его на Авалоне, пусть там работает.
— Ну зачем… Путешествия — школа жизни.
— Тоже верно. — Глаза старого друида вспыхнули. — Отличная идея… Идем, он все равно до вечера не вернется. А может, и до утра.
Кустарник снова расступился перед ними, и тропинка заизвивалась меж деревьями там, где прежде ее не было. Даже Дик, который ничего не понимал в магии друидов, заметил, насколько прокладывание лесного пути далось старику легче, чем его ученику. И вряд ли больше полумили прошагали они до небольшой скалы, похожей на гигантский валун, окруженный столетними елями, где притулился аккуратный бревенчатый сруб. "Хижина" оказалась отличным деревянным домом с крепкой дранковой крышей и фасадом на три окошка, закрытыми ставнями с пластинками слюды — как в замках знати, По случаю летнего времени окошки были вынуты, но стояли тут же, прислоненные к стене, видимо, вставляемые на ночь. Дверь на петлях из ореховых корней, окаменевших под действием какой-то неизвестной ему обработки, Дик тоже отметил.
— Заходите, — Гвальхир на правах хозяина приглашающе махнул рукой.
Внутри оказалось еще приятней, чем снаружи. Больше всего корнуоллца поразил очаг с вытяжной трубой — почти все крестьянские хижины отапливались в деревне "по-черному", здесь же устройство было наподобие замковых каминов, и потому все в нутри — и стены, и потолок, и скамьи-столы — было светлым, словно только недавно сколоченным из свежих досок. Даже такие приметы уюта, как расшитые занавеси, полотенца и свернутая в углу перина, здесь имелись, словно домом правила рачительная хозяйка или даже не одна. Поставив посох у входа, Твальхир сбросил широкий серо-зеленый плащ и засучил рукава. Подал Дику топор.
— Дрова в сарайчике за домом. Я принесу воды, а девушка может отдохнуть. — Он ласково кивнул Серпиане.
С полными ведрами воды старик вернулся раньше, чем корнуоллец успел наготовить топлива. Огонь в печи разводил также друид, и скорости, с которой это у него получилось, — едва ли не со второго удара кремня по металлическому навершию ножа, — Дик немного позавидовал. Его представления о друидах ограничивались слухами о жутких обрядах человеческих жертвоприношений, об общении и управлении деревьями и всем растущим. Потому-то он по иаивности считал, что огненная стихия друидам так же противна, как их зеленым подопечным.
— Если вас не устроит холодная кабанятина, — сказал старик, улыбаясь, — могу добыть что-нибудь посвежее, но это потребует времени.
— Мы непривередливые, — ответил молодой воин. Серпиана встала и сбросила плащ.
— Я, пожалуй, поохочусь, — сказала она.
— Иди, Серпена. А мы поговорим, — и повернулся к Дику. — Насколько я понимаю, обучить тебя чему-то Трагерн не успел.
— Кое-что он мне рассказывал.
— Кое-что… Как я уже сказал, на Авалон тебе нельзя. А значит, мы не сможем обучить тебя как надлежит.
— Я, сказать по чести, не очень-то хотел учиться друидским фокусам.
— Дело не в друидских фокусах. Но тебе и в самом деле лучше будет идти своим путем.
— Я, собственно, собирался на Восток. С королем.
— Зачем? — удивился Гвальхир.
И Корнуоллец подробно пересказал свой разговор с Ричардом I. Старик задумался.
— Да. Конечно. Раз так сложилось… Кроме того, из Иерусалима, сказать по правде, при должном умении до печати можно добраться быстрее. Если достанет сил. А тебе, если еще немного поучишься, сил должно хватить.
— А я что, уже дал вам свое согласие? — холодно поинтересовался он.
— Разве что-либо из того, что я прошу тебя сделать, противоречит твоим интересам?
— А разве нет? Если бы ты не спровоцировал меня, я до сих пор бы не знал, что связан с какой-то там магией.
