Ну, что? Поедем мы наконец? Паутов взял пакет и выжидающе посмотрел на танкиста. Тот как раз беседовал по своему мобильному телефону. Поймав вопросительный взгляд Паутова, он поспешно закивал головой.
Да-да! Всё, мол, в порядке! Можно ехать.
— Ну, всё! Я тебе попозже перезвоню! — торопливо бросил он в трубку, заканчивая разговор.
— Всё в порядке, Сергей Кондратьевич! Можно ехать, — секундой позже услышал Паутов предупредительно обращенные к нему слова.
— Ну так, поехали! — небрежно обронил он, направляясь к двери.
Паутов со старшим танкистом вышли из квартиры, сели в лифт и поднялись на последний этаж. Площадка перед лифтом, слава богу, была пуста. Они пешком быстро поднялись еще на один лестничный пролёт к запертой железной двери, ведущей на чердак. Сопровождающий Паутова достал из кармана ключ и открыл ее. Дверь бесшумно распахнулась.
Паутов мысленно похвалил себя за предусмотрительность. Сколько усилий ему стоило ключ от этой двери достать и добиться потом, чтобы петли регулярно смазывали! То «забыли», то «не так поняли»!.. Как знал, что когда-нибудь пригодится! Вот и пригодилось. Правильно говорят: готовь сани зимой, а телегу… или наоборот? Ладно, впрочем, не до поговорок сейчас. И не до самовосхвалений.
— Ты знаешь хоть, куда идти? — поинтересовался Паутов, оглядываясь по сторонам, когда дверь за ними захлопнулась. Освещение на чердаке было довольно скудное.
— Да, конечно, Сергей Кондратьевич! — бодро ответил танкист, уверенно направляясь куда-то вправо.
Паутов хмыкнул и двинулся следом.
«Да, конечно»! А сколько!.. Ладно, ладно! Знает, и слава богу. Чего-то я дёргаюсь. Нервничаю, наверное.
В соседнем подъезде всё тоже прошло на удивление гладко. Ни на лестничной площадке, ни в лифте им никто так и не встретился. Паутов вздохнул с облегчением. Хоть он и был уверен, что в нынешнем своем обличье, в образе Деда Мороза его никто никогда не узнает, но тем не менее… На фиг они нужны, все эти встречи! Когда никого нет, оно лучше. Спокойнее.
Они уже подходили к выходу. Сопровождающий Паутова взялся было за ручку двери, когда Паутов его окликнул.
— Подожди! Давай я один пойду. Тебя в лицо знать могут. Скажи просто, какая машина. А сам возвращайся назад через чердак и из моего подъезда выходи. Чтобы не получилось: вошел в один подъезд, а вышел из другого.
— Хорошо, Сергей Кондратьевич, — тут же с готовностью согласился танкист, с уважением глядя на Паутова. — Как скажете. Белая «Пежо». Прямо у подъезда стоит.
(«Как скажете»! — мрачно выругался про себя Паутов. — Кто из нас профессионал?! Это ты меня учить должен, как себя вести! Да-а, начало отличное!.. Посмотрим, что дальше будет. «Да мы!.. Да 7-ое управление!..» Полотёры хреновы! Чувствую, окажусь я щас!.. В пеЖО — ПЕжо— пеЖО!..)
Танкист быстро пробубнил по рации что-то неразборчивое.
— Всё, Сергей Кондратьевич! Можете идти. Садитесь на заднее сиденье.
Паутов, ничего не отвечая, молча потянул на себя массивную входную дверь. Скромная белая иномарка с сильно тонированными стеклами действительно стояла у самого подъезда.
(Слава тебе, Господи! — с удовлетворением подумал Паутов. — Хоть в окно по дороге можно будет спокойно посмотреть. Не боясь, что тебя узнают.)
Как только Паутов опустился на заднее сиденье, машина сразу же тронулась.
— Ну, что там? — поинтересовался Паутов минут через пять, когда отъехали они уже достаточно далеко, и водитель успел пару раз пообщаться с кем-то по рации.
— Всё нормально, Сергей Кондратьевич! — водитель коротко глянул на Паутова через зеркало. — Никто за нами не пошёл.
— Хорошо. Мне надо… — Паутов назвал место.
— Сейчас, Сергей Кондратьевич. Мы еще тут по дворам покрутимся минут десять на всякий случай…
Паутов рассеянно кивнул и стал задумчиво смотреть в окно, снова и снова прокручивая в голове все детали предстоящего шоу.
Да-а!.. Что сейчас начнется!.. Во воплей-то будет! Криков и истерик. Сколько, интересно, времени этим болванам потребуется, чтобы осознать происходящее? Прежде чем они за мной всерьез охотиться начнут. Хотя, может, и не начнут… Да нет, начнут, начнут! Они же решат сейчас наверняка, что я вообще соскочил. Сдёрнул! С концами. Лавандоса намыл и сдёрнул. В жаркие страны. Каждый же по себе судит. Как бы он сам моем месте поступил, — Паутов презрительно усмехнулся. — Тем более, что дочь у меня только что похитили… — продолжал размышлять он. — Испугался, что теперь моя очередь!.. Вот и соскочил…
Однако, господа, вас ждет сюрприз! Меня испугать трудно, — губы Паутова раздвинулись в зловещей ухмылке. — Это вам всем впору пугаться! Это вы все скоро соскочите и сдёрнете! С концами и навсегда. В никуда и без следа.
Какой сюрприз?.. Терпение, господа, терпение! Когда я начну показывать, то и вы вместе со всеми прочими непременно всё увидите. Увидите-увидите!.. Не переживайте! Не прозеваете!..
Может, дома все-таки лучше было остаться? — заколебался вдруг Паутов. — Что в
