И сейчас бы эта сучка подмылась наскоро, явилась ко мне со своих блядок, как ни в чем ни бывало, и в два счета бы мне мозги запудрила. Лапши мне на уши понавешала. Меня же бы еще во всём и обвинила! Что это я во всем виноват, был к ней последнее время холоден и невнимателен; а она бедная и несчастная страдалица. А вернулась сейчас не потому, что у нее там облом, а потому, что поняла, что жить без меня не может. И если я ее люблю, то должен понять и простить. Во имя нашей великой любви. И выводы для себя сделать! Быть впредь более нежным и внимательным. Не доводить свою любимую жену до крайности. До того, что ей всем подряд во все дыры давать приходится, лишь бы хоть немного успокоиться и стресс снять. Почувствовать себе опять женщиной!.. А она существо нежное и ранимое, и ей всё это ах как неприятно! Ах!.. Ну, и прочую бабскую хуйню, которая в ее куриную голову взбредет.
А я бы всё это слушал, раскрыв рот, и от умиления слюни пускал! Радовался бы, что моя дорогая, ненаглядная Наташенька ко мне вернулась, и как у нас теперь всё хорошо будет! Успокаивал бы ее еще и уговаривал не волноваться.
Й-ёб твою мать!!! — Шилин просто рычал от бешенства. — Паскуда!! Тварь! Шлюха подзаборная!!
Давай-давай! Сейчас мне всё это попой! А я послушаю. И я с этой шалавой, с этой дешёвкой жил семь лет! Господи! Да где только мои глаза были!? Где? И почему я, мудак последний, с ней сразу не развелся!? Ну почему!!?? Никаких бы проблем сейчас не было! — эта мысль была особенно нестерпима. Шилин в бессильной ярости чуть на стены не кидался.
Мало-помалу Шилин забросил дела и потерял аппетит. Ему даже кошмары какие-то опять сниться стали. Он их не помнил, но часто просыпался по ночам и наутро вставал весь невыспавшийся и разбитый. Словно и не спал вовсе.
И ежеминутно он ждал звонка. В дверь или по телефону.
Вот опять лифт, кажется, приехал… Да, точно, на нашем этаже остановился. Ну!?
И так каждый день. Это ожидание становилось уже просто невыносимым.
Господи! — начал уже чуть ли не молиться Шилин. — Ну, нет моих больше сил! Пусть она побыстрее явится! Не могу, я больше ждать! Чтобы разрешилось уж всё как-нибудь! Так или иначе. Ну, сколько же это еще будет продолжаться!? Где она!?
Наконец, когда Шилин уже совсем измаялся и измучился и начал впадать в какую-то тихую апатию, ему опять приснился прежний сон. Собственно, он давно уже подсознательно ждал чего-то подобного, а потому даже не особенно удивился.
Всё было как тогда. Как в тот раз. Шилин проснулся ночью, будто от толчка, открыл глаза и увидел рядом с кроватью сидящего на стуле мужчину. Того самого. Шилин узнал его сразу. Он сидел в прежней позе и задумчиво смотрел на Шилина… Шилин некоторое время тоже молча на него смотрел, потом пошевелился, сел и подтянул простыню. Тоже в точности как в прошлый раз.
— Здравствуйте, Андрей Александрович! Ну что, вот мы и снова встретились, — негромко проговорил мужчина, всё так же внимательно глядя на Шилина. — Догадываетесь, почему?
— Здравствуйте! — Шилин опустил глаза и снова их поднял. — Наташа?.. — полуутвердительно спросил он.
— Да, Андрей Александрович, — неспешно подтвердил мужчина. — Полгода истекли.
— И… когда же… она вернется? — с запинкой произнес Шилин, уже заранее зная ответ и в то же время боясь его услышать.
— Завтра, — кивнул мужчина.
Сердце у Шилина оборвалось.
Так я и знал! — безнадежно подумал он. — Завтра…
— И что Вы собираетесь делать, Андрей Александрович? — после паузы со странным выражением осведомился мужчина.
— А что я должен делать? — удивленно пожал плечами Шилин. — Не думаете же Вы?.. — он остановился, не зная, стоит ли продолжать. — После всего, что случилось…
— «После всего, что случилось…» — с прежними непонятными интонациями повторил вслед за ним мужчина. — Вы имеете в виду ее или себя, Андрей Александрович?
— Э-э?.. — Шилин замялся и неуверенно посмотрел на своего собеседника. Черт! К чему он клонит?
— А помните наш последний разговор, Андрей Александрович? И Ваш страстный монолог про предательство? «Что это она!.. А Вы бы!..» И что теперь?
— А что теперь? — раздраженно переспросил Шилин. — Она же ушла. У-шла! «Я полюбила другого!.. На развод подам!..» Ко мне-то какие претензии?!
Мужчина, не отвечая, молча смотрел на Шилина. Шилину вдруг показалось, что он видит его насквозь, со всеми его самыми тайными мыслишками. Ему почему-то стало неловко.
— Я-то здесь причем? — тоном ниже повторил он. — Ну, полюбила — и полюбила! Я-то что могу поделать?
— А скажите, Андрей Александрович, — медленно протянул мужчина, по-прежнему не отводя взгляда от Шилина. — Ну, а если бы жена Вас не бросила? Вы бы сейчас вели другую жизнь?.. Ну, после того, как у Вас деньги появились? Были бы ей верны и не стали бы себе никаких любовниц заводить?
Да откуда я знаю!? — хотел было уже закричать Шилин (что это, в самом деле, за допрос!?) и — осёкся. Он попристальнее вгляделся в своего ночного гостя, и ему вдруг расхотелось врать. Что-то в том было такое… жутковатое… Шилин почувствовал, что по спине у него пробежал холодок.
