Ему было стыдно. Всю эту неделю он попросту пропьянствовал. Он сделал для себя одно страшное открытие. Он боялся теперь свободы! Боялся принимать решения! Совершить какой-то самостоятельный шаг, пусть даже самый незначительный, он теперь попросту не решался. «А вдруг что-нибудь не так сделаю и всё испорчу!?» — всё время подспудно вертелось у него в голове. Он был как лежачий больной, который за время болезни разучился ходить. И которому требовалось теперь учиться этому заново. Да вот только зачем? Ради чего?
Зачем мне куда-то идти пешком, если я всегда могу туда доехать? С комфортом! За считанные минуты.
Если только туда шоссе асфальтовое проложено, — невесело усмехнулся Лямин и хлебнул ещё пива. — Шестирядное. К этому моему счастью. Только что же это тогда за счастье такое? К которому на лимузине подъехать можно. Легкодоступное. Как шлюха.
— Ну, и что ты думаешь?
— Я ничего не думаю.
— Нет, ну всё-таки! Жениться мне или нет?
— Знаешь, как ответил в незапамятные времена на подобный вопрос один мудрец? Сократ, кажется. «Как бы ты ни поступил, ты всё равно в итоге раскаешься». Так что смотри сам. Хочешь — женись.
— Я так понимаю, что Рая тебе нравится? — с вызовом спросил Лямин.
— Да нет, почему. Я ничего, в общем-то, против неё имею. Девушка как девушка. Ничем не хуже других.
— Но и не лучше?
— Но и не лучше, — согласился голос.
Лямин обиженно замолчал.
— А существуют лучше? — немного погодя с сарказмом поинтересовался он.
— Существуют, — равнодушно ответил голос.
— Может, ты даже знаешь таких? И можешь мне показать? — Лямин почувствовал внезапно, что у него перехватило дыхание.
(Дурак я, дурак! — сообразил вдруг он. — Вот что надо было спрашивать! Я не про то, как шалав каких-то местных половчее трахнуть.)
— Могу, конечно, — голос совершенно явственно усмехнулся и ехидно добавил. — Только хочу тебе напомнить, что мы возвращаемся к тому, с чего и начали. К Парису и Прекрасной Елене. Именно об этом я тебя с самого начала и предупреждал. Не желай Елен!
— Да плевать мне на твои предупреждения! — возбуждённо воскликнул Лямин. — Чего ж тогда и желать-то? Если не Елен!
— Ну, как знаешь! — злорадно ухмыльнулся голос. — Моё дело предупредить.
— Всё, проехали! — нетерпеливо закричал Лямин. — Хочу!! Хочу-хочу-хочу-хочу! Хочу!!!
— Да-а!.. — потрясённо прошептал Лямин. — Вот это девушка!.
— Да-а!.. — мастерски передразнил его голос. — Только, замечу в скобках, никакая это вовсе не девушка. А замужняя женщина. Любящая, между прочим, своего мужа. Страстно!
— Ну, придумай что-нибудь! — легкомысленно отмахнулся Лямин. — Ты-то на что? «Ты на то и бес!»
— А продолжение этой песни помнишь? — поинтересовался голос. — «Мы таким делам вовсе не обучены». Чего я могу «придумать»? Если трахнуть просто её хочешь — это пожалуйста! Это можно хоть сегодня устроить. А насчёт «мужа разлюбить» — чего я могу «придумать»? Это не по моей части.
— А как же тогда «трахнуть»? — не понял Лямин.
— Ну-у!.. — неопределённо протянул голос. — Это к любви отношения не имеет. Клиента можно: подпоить, оглушить…
— Подожди, подожди!.. — не поверил собственным ушам Лямин. — Это изнасиловать, что ли?
— Естественно! — хмыкнул голос. — А как же ещё? Добровольно она тебе не даст. Говорю тебе, она мужа своего любит!
— Ты с ума сошёл? — осведомился потрясённый Лямин.
— Ой-ой-ой! Какие мы нежные стали!.. — мерзостно захихикал голос. — А помнишь?..
— Ладно, всё! — прикрикнул на него Лямин. — Ничего я не помню! И насиловать её я не собираюсь. Я хочу на ней жениться!
— Так сразу?
— Да, так сразу. Я её люблю.
— А как же Рая?
— А-а!.. Какая там ещё Рая!..
— А муж?
— Пусть объестся груш.
— В смысле, умрёт?
— В каком угодно смысле! Пусть исчезнет куда-нибудь раз и навсегда и не путается под ногами.
— Ну-ну! Я вижу, ездить на гоночном мотоцикле на скорости 60 км/час тебе наконец надоело?.. Ну-ну!
— Ещё раз говорю тебе: это самый реальный вариант! — в десятый раз терпеливо повторил голос. — Устраняешь мужа, знакомишься с ней — это я тебе организую — начинаешь за ней ухаживать и через годик где-то вы, глядишь, и поженитесь. А может, и раньше. Если ты ей сразу понравишься. Во всяком случае, это очень даже вероятно. Именно такое развитие событий
— «Устраняешь» — это значит: убиваешь? — в десятый раз же переспросил Лямин.
— Разумеется! — раздражённо уже бросил голос. — Как же ещё?
— Я не хочу никого убивать! — упрямо повторил Лямин. — К тому же ждать целый год.
— Хорошо, — уступил наконец голос. — Можно и по-другому попробовать. Например, подсадить его на наркотики. А ты будешь рядом отираться. Как друг семьи. Её утешать. Но это совсем уж долгая история! Когда он ещё помрёт!.. Да и опасно это. Слишком. Он может и её на иглу посадить.
— Нет-нет! — испугался Лямин. — Т_А_к не надо!
— Ну, вот видишь! А других вариантов нет.
— А если с ним договориться попробовать? Денег ему дать и пусть катится к чертям собачьим!
— Деньги-то он возьмёт, а потом кинет тебя. И что ты будешь делать? К совести его взывать?
— А если нанять кого-нибудь? Киллера?
