Вера не отвечала. Она молча стояла, опустив глаза. Но ресницах её дрожали слёзы.
— Вера, разреши, я всё-таки с ним поговорю! — с мольбой сказал Лямин и взял девушку за руку. — Если он любит тебя, то должен же он понять!.
— Что за урод! — Лямин никак не мог придти в себя от удивления. Разговор с мужем Веры произвёл на него сильное впечатление. — И она его любит?!.. Она что, слепая?
— Любовь зла… — флегматично заметил голос.
— Ты-то бы уж помолчал! — с досадой сказал Лямин. — Из-за тебя же всё и началось!
— Да-да-да!.. — с притворным раскаянием завздыхал голос. — Конечно-конечно!.. Из-за меня…
— Вячеслав Гонбоевич?
— Гонбаевич! — привычно поправил собеседника Лямин. Он уже привык к тому, что отчество его постоянно путали и перевирали.
— Слышь ты, Гондонович! Платишь нам лимон зелени налом, а иначе мы Верку твою грохнем. Всё понял? Вот подумай пока, а я тебе через час перезвоню.
В трубке раздались короткие гудки. Лямин посмотрел на экран. Номер не высветился. Вероятно, звонили из таксофона.
— Да-а… — он даже не осознал ещё толком, что, собственно, только что произошло. — Это что-то новенькое… Похищают людей за выкуп — это да, но чтобы убить угрожали!.. Про такое я даже не слышал никогда.
— Я тоже не слышал никогда, чтобы посторонним дамочкам по 10 миллионов баксов дарили, — задумчиво заметил голос. — Зачем такое сокровище похищать? Достаточно пригрозить, что с ним что-то случится.
— Слушай, это ты же мне всё это насоветовал!! — в бешенстве закричал Лямин. — Ты!!!
— Про 10 миллионов я не говорил, — хладнокровно поправил его голос. — Я просто сказал: денег дай. Миллион-другой. Разумную сумму.
— А какая разница?
— Большая. Принципиальная. В сумме-то всё и дело!
— Ты, кажется, заплатить им решил?
— Ну, и что?
— Не советую. Они не отстанут. В следующий раз два миллиона попросят. Или пять.
— Не попросят. Я сейчас Веру перевезу куда-нибудь, а потом уже с ними по-другому поговорю.
— Ну-ну!
— Зря ты этот миллион отдал. Теперь у них аппетиты разыграются!.
— Да пошёл ты!.. А если бы они действительно её убили?
— Дурак ты, дурак! Как же бы они её убили? Кто же будет резать курицу, несущую золотые яйца?
— Нет! Я не мог так рисковать. Если хоть волос с её головы упадёт!.. Плевать мне на этот миллион! Зато несколько дней у меня теперь есть. А за это время я её спрячу.
— Ну-ну!.
— Вер, тебе надо срочно уехать на время, пожить в другом месте… — Лямин разговаривал с Верой в её пустой квартире. Оскорблённый муж уехал к матери. –
Я тебе потом всё объясню. Просто поверь мне, и всё! Да нет, ты не пугайся, ничего страшного тут нет… Ну да, эти миллионы проклятые! Так всё получилось неудачно! Вся эта огласка! Чёрт бы всё побрал! — Лямин раздражённо поморщился. –
Я разберусь со всем этим в ближайшие дни, но пока тебе лучше исчезнуть. Сменить адрес. И на работе пока не появляйся… Когда? Да лучше прямо сейчас! Немедленно!.. А когда?.. Часа через три?.. (А-а!.. дьявол! — выругался он про себя.) А раньше никак?.. Ну, ладно… Через три, так через три… Тогда я к тебе заеду через три часа… Извини, пожалуйста.
Лямин включил зазвонивший телефон.
— Да, алло!.. Что-о!!??.. Мы же договорились?!.. Как это: изменились!.. Та-ак!.. Подождите-ка секундочку!
(«Ну-ка быстро, сообщи мне данные этих козлов! Это входит в наш договор! Ты должен выполнять все мои желания! А я желаю знать! И никаких законов физики это не нарушает. Никаких чудес тут нет! Так что…» — «Да ладно, ладно! — снисходительно-насмешливо остановил его голос. — Чего ты тараторишь, как из пулемёта? Да пожалуйста…»)
— Так вот, Стрельников Николай Евгеньевич, — злорадно произнёс в трубку Лямин. — Больше мне не звоните. И друзьям Вашим передайте. Цыпакову Григорию Ивановичу и Губарькову Валерию Владимировичу. Всё ясно? Вот так! Конец связи.
— Теперь ты мишень, — равнодушно прокомментировал голос. — Зачем же ты им сообщил, что ты о них всё знаешь? Сдал бы их просто ментам — и всё.
Лямин быстро погрузил в джип вещи Веры и распахнул перед ней переднюю дверцу. Потом обежал машину, сел за руль и включил мотор
— Пригнись! — закричал голос, и он автоматически нырнул вниз.
В ту же секунду слева раздался звон разбитого стекла, и одновременно справа застонала Вера. Звука выстрела Лямин не слышал. Вероятно, снайпер стрелял откуда-то с крыши соседнего дома. Вторая пуля разворотила приборный щиток.
Лямин шевельнулся.
— Встанешь — умрёшь, — спокойно заметил голос.
Лямин привстал и навалился на раненую Веру, закрывая её своим телом. Третья пуля вошла ему под лопатку, прямо в сердце. Четвёртая — в затылок.
Впрочем, четвёртой он уже не почувствовал. К этому моменту он был уже мёртв.
__________
