— А если не пройдёт? — раздался вдруг за спиной у Лепоринского чей-то негромкий голос. — Что тогда?
Лепоринский подскочил от неожиданности и судорожно обернулся.
Посередине комнаты стояло теперь ещё одно кресло, и в нём сидел мужчина. Изящный, элегантно одетый, лет сорока. Сидел, глядя прямо на онемевшего Лепоринского и насмешливо улыбался.
— А-а-а-а!.. — задохнулся Лепоринский. Он почувствовал, что ему не хватает воздуха.
— Тише-тише-тише! — успокоительно пропел мужчина. — Это всего лишь сон! Считайте, Лев Вадимович, что я Вам снюсь.
— Сон?.. — ошарашено пробормотал Лепоринский, дико озираясь. Какой же это сон!? Да это!..
— Ну, хорошо, хорошо!.. — снисходительно усмехнулся мужчина. — Так лучше?
Всё вокруг вдруг неуловимо изменилось. Контуры предметов размазались, расплылись, потеряли чёткость… всё словно туман какой-то окутал. Теперь это действительно напоминало сон. Или даже скорее сказку какую-то волшебную. Заколдованный замок, дворец или что-то в этом роде. К реальности, по крайней мере, это никакого отношения иметь уж точно не могло.
Лепоринский с изумлением оглядывался. Он даже за руку себя тайком ущипнул несколько раз. Но это не помогло. Ничего вокруг него не пропало и не исчезло.
— Ну что, Лев Вадимович? — снова усмехнулся мужчина. — Налюбовались?
Лепоринский вопросительно уставился на своего загадочного гостя. Он не знал, как себя в этой ситуации вести и что отвечать и потому просто ждал продолжения. Кто это?.. Хозяин замка?.. Главный волшебник?.. Что ему вообще надо? Хотя, с другой стороны, если это и правда сон…
— Так вот, Лев Вадимович! — разом оборвал все эти бессвязные размышления Лепоринского его собеседник. — Давайте немного поговорим. О Вас. Вы не против?
— Н-нет… — неуверенно произнёс Лепоринский. (Интересно, а если бы я сказал: против? — неожиданно пришло ему в голову.)
— Хорошо, — мужчина удовлетворённо кивнул. — Так вот. Я хочу Вас, Лев Вадимович, кое о чём спросить, — он сделал паузу, внимательно разглядывая Лепоринского. Лепоринский попытался выдержать его взгляд, но не смог. — Вот Вы писатель. Пишете книги. А зачем?
Лепоринский хотел было сначала отшутиться, как он обычно всегда поступал, когда ему задавали такие вопросы, но потом посмотрел на сидящего перед ним… человека?.. и ему вдруг расхотелось это делать. Им овладело неожиданно какое-то странное и тревожное ощущение, что сейчас, в этот самый момент, происходит нечто очень важное, чуть ли не решается вся его дальнейшая судьба. И от его ответов многое зависит. Было что-то в этом волшебнике из сна такое… не располагающее к шуткам.
— Кхе!.. кхе!.. — легонько покашлял Лепоринский, пытаясь скрыть смущение. — Вы такие вопросы задаёте!.. Зачем!.. Ну, прежде всего, затем, наверное, — он говорил медленно, взвешивая каждое слово, — что мне это нравится. Творчество. Сам процесс. Это — главное! Я как бы погружаюсь в мир героев, живу вместе с ними!.. И поэтому, как только заканчиваю одно произведение, — сразу же начинаю следующее. Без этого я уже не могу.
— Бегство от реальности? — понимающе усмехнулся мужчина.
— Ну, это не совсем бегство… — Лепоринский замялся, подыскивая нужные слова и пытаясь формулировать свои мысли предельно чётко. — Хотя, и это тоже… Но прежде всего всё-таки сам процесс… Удовольствие от самого процесса творчества.
— Понятно, понятно… — задумчиво протянул мужчина. — А скажите, Лев Вадимович, для кого Вы всё же пишите: для себя или для публики?
— Для себя, наверное, — недоуменно пожал плечами Лепоринский. Странная какая-то постановка вопроса! Слишком уж жёсткая. — Ну, и для публики тоже, конечно. Всё-таки обратная связь необходима. Что ни говори.
— Вы хотели бы стать знаменитым? — в упор спросил вдруг мужчина. — По-настоящему знаменитым?! Стать звездой?
— Наверное! — принуждённо засмеялся Лепоринский. — А кто бы не хотел?
— Вы никогда ей не станете, — спокойно заметил мужчина. — Вы пишете для этого недостаточно занимательно.
— Может быть… — с удивившей его самого горечью пробормотал Лепоринский. — Может быть…
— Но я могу Вам помочь, — продолжил его собеседник.
— Да? — поднял голову Лепоринский. — Любопытно… И каким же это образом?
— Самым простым, — ухмыльнулся мужчина. — Будете писать отныне только то, что требует почтеннейшая публика. Именно это и ничего другого.
— Я не смогу!.. — безнадёжно махнул рукой Лепоринский. — Я пытался…
— Сможете! — уверено заявил мужчина. — Ещё как сможете! Даже и не сомневайтесь!
— Хм!.. — недоверчиво хмыкнул Лепоринский. — А что взамен?
— Взамен? — брови его собеседника вопросительно поползли вверх.
— Ну да, взамен! — нетерпеливо произнёс Лепоринский. — Не просто так же Вы всё это для меня сделаете!? Наверняка что-нибудь взамен потребуете!
— Ничего.
— Ничего?
— Ничего.
— Как это ничего? — не поверил Лепоринский.
— Так это, — пожал плечами мужчина. — Ничего мне от Вас не надо.
— Но почему!?
— Потому что у Вас ничего нет.
Лепоринский поставил точку, быстро пощёлкал клавишами, сохраняя файл, выключил компьютер и с облегчением откинулся назад в своём роскошном кожаном кресле. Всё! Ровно два часа. На сегодня хватит. Норма выполнена
