— Вот что я Вам скажу! — Байков наконец собрался с мыслями. — Вы говорите: моя жена не самая умная и не самая красивая?.. ДЛЯ МЕНЯ она самая умная и самая красивая! Вот в чем дело!.. Таблицу умножения она не знает? Что ж, значит МОЯ самая умная в мире женщина и не должна знать никаких таблиц. В «Плэйбой» ее не выберут? Сравнения с другими красотками она не выдержит?..
КТО не выберет?! В ЧЬИХ ГЛАЗАХ не выдержит?!.. Я — выберу! Среди всех суперкрасавиц всего мира. ЕЕ! Только ЕЕ. Потому что я ее люблю. А иначе — грош мне цена. И всей моей любви… Нечем Вам мне платить! Нет у Вас таких денег. В целой вселенной их нет. И не о чем мне с Вами разговаривать. Уходите!
— Браво! — помолчав, с каким-то даже удивлением заметил дьявол и покачал головой, с уважением поглядывая на Байкова. — Браво! Не ожидал, признаться… — он снова покачал головой. — Есть, оказывается, еще на свете настоящая любовь!.. Что ж, похвально, похвально! Весьма похвально, Валерий Афанасьевич!..
Но знаете, испытание ведь еще не закончилось.
Байков невольно вздрогнул.
— Да, да!.. — соболезнующе покивал ему дьявол — Увы! Это была только первая часть. С ней Вы справились блестяще, не скрою. Что ж, перейдем теперь ко второй.
Знаете, что я сейчас предприму? — он сделал паузу и посмотрел Байкову прямо в глаза. Байков молчал. — Я сейчас отправляюсь к Вашей супруге, Валерий Афанасьевич, и предложу ей всё то же самое. То, что я Вам только что предлагал. Вот как Вы думаете, она свое испытание выдержит? Тоже Вас ни на что не променяет? На все блага мира?
Байков по-прежнему угрюмо молчал.
— То, что Вы мне не отвечаете, означает по сути, что Вы в ней все-таки сомневаетесь, — лениво заключил сатана. — Хоть чуточку самую, но сомневаетесь. То есть фактически Вы уже проиграли.
А я ведь могу и еще более усложнить задание! — он усмехнулся. — Например, сообщить Вам, что предложу Нине Анатольевне не обязательно отказаться от Вас, — или-или! — а просто еще и любовника самого лучшего в мире себе завести. В дополнение к Вам. Причем гарантирую ей, что Вы никогда об этом не узнаете.
А?.. Валерий Афанасьевич?.. Что на
— Нет! — хрипло перебил его Байков. — Нет. Делайте, что хотите.
__________
«К сожалению…»
Муравич бросил редакционный бланк на стол и, тяжело ступая, подошёл к окну. Так плохо ему давно уже не было. Да вообще, наверное, никогда.
Чего это я так? — попробовал было привычно урезонить он сам себя. — Раскис. Ну, отказали!.. Ну, и что? Первый раз, что ль? Всего лишь очередная неудачная попытка. Подумаешь!.. Сколько их уже было и сколько ещё будет! Чего уж я так болезненно реагирую-то?..
Однако на сей раз это безотказно обычно действующее дежурное утешение не помогло.
Вообще-то Муравич был человеком волевым и стойким и невзгодам поддавался слабо. С психикой у него было всё в полном порядке. Но сегодняшняя неудача явилась, по всей видимости, последней каплей. Той самой, которая переполнила наконец чашу его терпения. На сердце навалилась вдруг дикая тоска, душу захлестнуло отчаяние.
