Он идеальный до скрежета зубов и не вызывает ничего кроме антипатии. И вдруг ей выпадает возможность раскрыть несколько его маленьких совсем неидеальных секретов. Можно ли устоять перед соблазном? Ведь он — СЫН МАМИНОЙ ПОДРУГИ!
Миксер задорно жужжал, сбивая сливки в пышную массу, пахнущую ванилью. Осталось заполнить эклеры этой массой и можно смело подавать к столу, чтобы снова похвалили ее кулинарные способности. И прихватить с собой тройку в комнату. Нужно же как-то коротать сегодняшний вечер, когда там, в гостиной звучат голоса маминых подруг. До чая, как минимум, еще часа полтора, потому что вторую бутылку вина они только откупорили. Не часто этой компании удавалось собираться, и при чем, у них дома это явление было редким, поэтому Анастасия, которая для близких всегда была Стасей, просто спокойно переживала подобные девичники, помогая маме справиться с хозяйскими делами. Да, она была хорошей дочерью.
— Настюшка, у тебя просто золотые руки! Рецепт салатика дашь? — поинтересовалась тетя Света, когда тонкий девичий стан спешил скрыться в комнате, проплывая мимо женщин.
— Спасибо, — отозвалась девушка. — Напомните, я Вам скину!
— Да, очень вкусно! У меня Максик тоже очень вкусно готовит. А запеканки просто объедение, — вставила свои пять копеек тетя Кира.
Настя было хотела закатить глаза, но вовремя опомнилась, уловив предупреждающий взгляд мамы. Сколько они уже все слышали, о достоинствах Максика, что возникало ощущение своей никчемности. У женщин, как матерей, а у их чад — как несостоявшихся личностей в обществе. И несмотря на то, что всех разрывало любопытство познакомиться с этим чудо-сыном замечательной мамы-Киры, Стасю он неимоверно бесил. При чем, помнила она его подростком, таким долговязым, несграбным, но по мнению его матери, очень красивым. Мутный тип, от которого передёргивало малость. Да, почему малость? После общения с ним в свое время, девочка просто попросила родителей, больше тетю Киру с ее сыном в гости не приглашать. Это при том, что девочке было семь лет.
Повезло! Мамина подруга вместе с сыном Максимкой переехала. При чем, достаточно надолго, так как, как она считала, удачно вышла замуж во второй раз. Настя не знала, как там складывалась судьба маминой подруги, не интересовалась, да и вообще, не имела привычки лезть в чужую личную жизнь, но вот уже целый год, как тетя Кира вернулась. И о чем бы не заходил разговор, она не забывала нахваливать своего дорогого сыночка. Конечно, понятно, что материнская любовь бывает слепа, и все же, даже видя женщину раз в месяц-два, девушка начинала раздражаться, о чем уже не раз говорила маме. Вот и Надежда Ивановна пыталась удержать дочь от высказываний в сторону подруги. Хотя миротворцем здесь было выступать очень сложно.
— Думаю, мы сможем обменяться парочкой рецептов и дать друг другу советы по кулинарии, — нарочито весело произнесла Стася, стиснув зубы.
— Ой, ты знаешь, он такой занятой. Столько работает. Я вообще удивляюсь, как у него времени хватает ещё на меня.
— Все ясно! — процедила девушка, понимая, что не все здесь так гладко. Хотя кто его знает, чем этот за***рот зарабатывает на жизнь. Вроде в прошлый раз тетя Кира распиналась о его небольшом бизнесе. Значит, за***рот, который имеет деньги. Ох, как же несправедлива жизнь-то. Хотя Стася Золотарёва никогда не была падка на деньги и мажориков, которых в институте было пруд пруди, но всегда считала, что мужчина должен уметь зарабатывать. Это, наверное, она на папу насмотрелись. И этот хороший пример был у нее перед глазами уже двадцать один год.
И ладно, вроде перегорела и все забыла. Ну, не такое это было событие, чтобы заморачиваться. Побесилась немного в тот вечер, от пламенных речей в честь Максимки, ну, и на этом все! Жизнь вернулась в свое привычное русло, где институт, друзья и тренировки. Вся жизнь была наполнена тем, что в ней не находилось моментов, когда можно было заниматься самобичеванием или жаловаться на нее. Да и вообще, жаловаться на то, как жила она, практически, беззаботно, было грехом. Родители помогали материально, обязали Стасю заниматься учебой, а о финансовой стороне вопроса рекомендовали думать, когда получит профессию. К тому же, все каникулы у нее обычно были не для отдыха — это усиленные занятия, чтобы не разочаровать папу и маму, которые надеялись на свое младшее чадо. И поэтому чем-то совершенно лишним девушка не любила забивать голову. Хотя на втором курсе у нее случился «большой» роман, и к тому же не со студентом, а помощником тренера, который ни к чему хорошему не привел. Это позже Стася поняла, что не стоит впутывать личную жизнь в любимое дело, а тогда…тогда была молодой и глупой. Хотя и сейчас мало что изменилось, разве что отношение к парням, которых девушка воспринимала, как должный аксессуар для прогулки, кино или же других занятий, в которых должна участвовать молодая девушка. В этом плане у нее не было для себя запретов.
— Устала, как ломовая лошадь, — Стася кинула спортивную сумку на пол и села на пуфик в прихожей, чтобы стянуть ботинки. Суббота означала, что завтра можно выспаться и заняться собой.
— Привет, доченька! — мама вытерла руки о передник, выходя из кухни. — Ужинать будешь?
