Потому стою рядом с Морткиным, Шеиным, тремя подполковниками и парочкой вестовых. Моя охрана и свита мнётся вокруг помоста, бурно обсуждая происходящее. Особых переживаний и тем более страха незаметно. Воевать придётся против обычной орды, а не лучших воинов хана. Проблему может доставить многочисленность татар, но у нас есть контраргументы.
— Не нравится мне происходящее. Пусть хоть трусом обзовут, но надо уходить, — Морткин опустил подзорную трубу и провёл рукой по подбородку.
После женитьбы князь сбрил бороду, но постоянно пытался её потрогать. Такая привычка у человека, когда он волнуется. Смотрю на полковника, ожидая продолжения.
— Здесь мы продержимся, я не сомневаюсь. Но судя по пыли, степняков гораздо больше, — Фёдор Фёдорович указал на северо-восток, а затем ткнул пальцем южнее, — Если басурмане обойдут наш стан, поняв бесполезность приступа, и ударят по тулякам, то быть беде. Бычкову не хватит сил быстро повернуть пушки. Там всё-таки засада, а не каструм. Если Черкасский опоздает, то спокойно отобьёмся и людей сбережём. Думаю, князь подойдёт часа через четыре, как раз успеем отойти и подманить всю орду.
Военным пришлось по душе слово каструм, в отличие от лагеря, которые я ввёл в употребление. Доводы зятя разумны, только не понравилась небольшая заминка перед упоминанием Запасного полка. Не думаю, что князь подозревает измену. Скорее всего, он сомневается в полководческих талантах Черкасского.
Меня же больше волнует бардак в руководстве. Барятинский, оставшийся в базовом лагере, порывался идти со мной. Спрашивается, зачем нам тогда командующий? Может, лучше действовать, как независимые княжеские дружины, вспомнив худшие моменты русской истории? По идее зам главы приказа должен быть в курсе всего происходящего. Гонцы регулярно отправляются, а на нашем берегу Дона стоит пост с сигнальщиками, обязанной сообщать о происходящем.
— Действуйте, как считаете нужным, Фёдор Фёдорович. Наша главная задача — разбить татар и испытать новинки. Со вторым мы уже справились, осталось дать жару басурманам. Особый героизм здесь не требуется. Не уничтожим орду сегодня, значит, добьём в следующем году. Война будет долгой.
Морткин некоторое время думал, затем кивнул своим мыслям и начал отдавать приказы. Шеин с подполковниками сразу покинули помост, а вестовые забегали, будто ошпаренные.
— Твоя свита должна отойти первой, государь, — заметив моё удивление, зять пояснил, — У нас нет конницы, и придётся тащить тяжёлые пищали. Не оставлять же такое добро степнякам. Коли понадобиться, то твои люди должны защитить наши слабые места. Я подам сигнал.
По идее разумно и вообще не стоит лезть со своим мнением в такой момент. Сбегаю по лестнице и отдаю нужные приказы. Командиром Государева полка вельможи выбрали князя Кольцова-Мосальского[2]. Этот заслуженный воин десять лет назад возглавлял неудачный Азовский поход и степь для него не в новинку. К тому же боярин — человек системный, в политику не лезет и устраивает все стороны, включая меня.
А ещё старый князь умён и честен. В отличие от большей части вельмож, он не лезет в советчики, досаждая навязчивым вниманием. Вот и сейчас обладатель роскошной седой бороды, но ещё крепкий мужик, спокойно ждал меня в тенёчке. Кстати, Морткин импонирует мне такой же невозмутимостью. Так и должно быть, иначе начнёт дёргаться личный состав.
— Иван Михайлович, готовь отход. Но сделай так, чтобы полк мог в любой миг поддержать пеших воинов. Фёдор Фёдорович решил отступить к артиллеристам, оказывается, татар гораздо больше, чем мы ждали, — объясняю манёвр воеводе.
— Кхм! А когда их было мало? Коли басурмане решили напасть на целое войско, то пришла большая орда. Я бы и про вторую не забывал, которая на левом берегу Дона, — иронично произнёс старый воин, — Только ты не лезь в рубку, государь. Здесь хватает ратников, хоть и измельчали людишки. Доспехи и кони у них хорошие, аж завидно. Но ведут себя, будто вышли на прогулку. А татарин такого не прощает. Ничего, сейчас они у меня побегают!
Я уже понял, что мы влезли, если в не ловушку, то в большую лужу с дерьмом. Благо командиры не нервничают и всё прекрасно понимают. А стандартное ворчание, что в прошлые времена девки были краше, трава зеленее и презервативы не гнулись, даже придаёт дополнительной мотивации. Или кого-то успокаивает.
Не вижу смысла в глупом героизме, поэтому мой отряд, состоящий из рынд, охраны и разведчиков Гаврилова первым отправился в расположение артиллеристов и туляков. В лагере был идеальный порядок, а орудия грамотно замаскированы. Основные пути перекрывали колья, связанные по типу противотанковых ежов. Ещё здесь есть ямки, разбросан чеснок и аналог дота, скрывающий пушки. С наскока укрепления не взять, значит, степнякам придётся спешиваться. Нам это и нужно, ведь вскоре должен подойти Запасный полк.
